?

Log in

entries friends calendar profile Моя основная страничка
kabarga_elha
Стемнело быстро. Все-таки осень. Но холода не было. Мы уже были совсем близко у города.
На всякий случай я готовилась к худшему: средневековый город не то же самое, что современный город. А если верить урокам истории, это была страшная клоака.
- Ну что, рада, что почти приехали? – спросила Дефа.
- Угу, - не очень уверенно сказала я, вдыхая последние минуты свежий воздух.
Мы прибавили шагу, обогнали обоз и подъехали к огромным деревянным воротам с железной ковкой. Я заворожено на них смотрела, не веря собственным глазам.
Мы словно перенеслись во времени. Стены крепости были деревянными, на воротах стояла вооруженная стража в кольчугах и при оружии. Сурового вида охранник бросил на нашу процессию испытывающий взгляд, но ничего не сказал. Да и что можно сказать: ехала на вороном коне молодая девушка с ребенком и с собакой.
Эльба настолько уверенно и по-свойски шла рядом, что не возникало сомнения, что она с нами.
Город оказался не таким, каким представляла его я. Люди ходили достаточно ухоженные, и вши по ним не прыгали, не текли нечистоты прямо по дороге и не было страшной вони.
Деревянные дома теснились друг к другу, а не были вразброс, как это бывает в сельской местности.
Был, конечно, лошадиный навоз, и собаки бегали, помечая углы, но были и люди, которые навоз убирали. Поэтому в целом было чисто.
Я старалась не показывать своего любопытства, словно каждый день бывала в таких городах, но тем не менее головой крутила во все стороны.
По улицам ходили люди, видимо, спеша по своим делам. Не было лохматых грязных женщин и вонючих мужчин. Кстати, среди женщин я еще никого не увидела в брюках. Женщины носили длинные платья наподобие греческих туник разных цветов, и поверх них вышитые разными узорами длинные шали; те, что богаче, носили пальто. Волосы были ухоженные, распущенные и как ободком перехваченные расписной лентой или заплетенные в косу.
Мужчины были одеты в брюки – кто кожаные, кто в обычные из ткани и ниже пятой точки рубахи; некоторые носили вышитые жилеты. Волосы у них были средней длины, так же перехваченные лентой или веревочкой на лбу. Только в отличие от женских, мужские ленты были ỳже и без узоров.
Прежде чем слезть с лошади, Дефа достала из рюкзака кусок ткани в ширину где-то треть метра и повязала его как юбку. На мой немой вопрос девушка пояснила, что так положено. Затем она сошла с лошади и спустила меня.
- Ну что, перекусим для начала? – предложила она, и я с радостью приняла ее предложение.
Дефа припарковала лошадь у корыта с водой, и мы направились через утоптанную дорогу к какому-то дому - в городе не было каменных и тем более заасфальтированных дорог. Я с легкостью представила, какой ужас творится здесь после дождя.
Дефа толкнула дверь, и мы вошли внутрь.
В нос тут же ударил вкусный аромат готовящейся еды. Я вдохнула полной грудью, понимая, насколько сильно проголодалась.
Только после того как мы прошли и сели за стол, который мне казался невероятно огромным и высоченным, сознание из мира вкуснейшей еды вернулось в мое тело и я начала осматривать заведение. Над столом виднелись только мои глаза и нос.
Десять дубовых видавших виды столов, семь из них, включая наш, заняты. Было довольно спокойно: никакой развязанной пьяни и буйных хулиганов, как мне до этого думалось, должно быть. Мы сидели на скамье, тоже довольно обшарпанной, у резного не застекленного окна. Освещалось помещение при помощи весящих, словно люстры, веток светящегося дерева.
- Эй, нас обслужат или нет? – с напускной грозностью крикнула Дефа, прерывая мое изучение помещения. К нам быстро подошла девушка в зеленой тунике, перехваченной на талии зеленым пояском. Ее золотистые волосы были распущены и подвязаны зеленой узорчатой лентой.
- Что вам угодно? – уставшим голосом спросила она, бросив на меня быстрый взгляд.
- Поесть с дороги, - ответила Дефа.
- Вам прочитать меню?
- Спасибо, я умею, - холодно улыбнулась моя спутница.
Девушка положила перед нами меню на деревянной дощечке и замерла.
- Можно малышке принести дополнительный стул, чтобы ей удобнее было сидеть?
Буквально через мгновение девушка принесла что-то вроде стульчика без ножек с загнутыми книзу краями, только ставился он на скамейку. Мне стало гораздо удобнее сидеть.
Однако было как-то не по себе: из-за своего полуроста я себя чувствовала в унизительном положении ляльки. Дефа внимательно изучала меню.
- Алиса, что ты хочешь? – спросила она.
- А можно меню посмотреть? – было немного дико отзываться на чужое имя, но виду я не подала.
- Конечно, - кивнула девушка и протянула мне дощечку.
Это была обычная не покрытая лаком или краской тонкая деревянная дощечка, на которой чернилами было написано что-то непонятное. Я обалдела: я разговаривала на языке огнов, словно это был мой родной язык, но читать не могла.
Я перевела изумленный взгляд на Дефу:
- Я не могу это прочитать.
Дефа дружелюбно фыркнула и взяла у меня дощечку.
- Тогда давай я сделаю это за тебя.
Я не возражала. Только очередная волна необоснованного стыда и вполне обоснованной обиды захлестнула меня.
От названия блюд текли слюнки. Ребрышки на дыму, курица жареная, вареная баранья нога, картошка, каши, клюквенное вино и другое.
Я хотела съесть все. Но остановилась на куриной ножке и жареном картофеле с луком. Из напитков я выбрала кефир. Дефа выбрала то же самое, заметив, что я сделала отличный выбор. Сидящая рядом с нами Эльба удостоилась большого куска сырого мяса с косточкой.
- Дефа, спасибо, что не бросила меня, - сказала я, пока заказ готовился.
- Ну что ты, - улыбнулась девушка. – Не стоит.
Я вздохнула:
- И я обязательно тебе верну деньги за еду.
- Брось, - смутилась она. – Даже не думай. К тому же, - Дефа многозначительно похлопала по находящемуся рядом с ней заплечному мешку, - мы и так в расчете.
- Спасибо, - смущенно улыбнулась я. – Ты хороший друг.
Дефа польщено заулыбалась:
- Спасибо, малая, ты тоже ничего.
Очень скоро принесли заказ. Даже быстрее, чем в современных ресторанах быстрого питания. Все это нам обошлось в четыре красных.
- Ух ты, какие денежки! – сказала я, глядя на монеты в руках подруги. – А можно посмотреть?
Она протянула маленькую монетку медного цвета. На ней был в профиль изображен какой-то король правящей нынче династии. На другой стороне было какое-то письмо, как мне объяснила Дефа, означало оно «Славься, Огн!».
- Здорово! – сказала я, и тут же вгрызлась в куриную ногу. – А есть у тебя другие монеты?
Дефа отрицательно покачала головой, так как тоже уже успела набить рот едой.
В этом мире было три вида монет. Самыми ценными были белые монеты. Потом шли коричневые, и самые мелкие – красные. Одна коричневая монета составляла пятьдесят красных, а одна белая – пятьдесят коричневых.
Еда была на удивление вкусная и сытная, я почувствовала, как появляются новые силы. И поняла, что хочу в туалет. Об этом я тихо сказала Дефе.
- Ну, сейчас сходим, - кивнула она, залпом допивая кефир.
Туалет находился внутри здания: перекрытая худой дверцей крошечная комнатка. Честно говоря, я была удивлена: никакого запаха не было, хотя туалет был по типу деревенского толчка: деревянный пол с дыркой. Внутри висела небольшая веточка светящегося дерева, которая все прекрасно освещала, но я не рисковала посмотреть внутрь прорези.
Дефа ждала меня снаружи, и подшучивала, чтобы, мол, не промахнулась.
- А почему туалет не воняет? – звонко спросила я, когда вышла. Люди, сидящие в таверне, заулыбались, а я очень смутилась.
Дефа тоже снисходительно улыбалась, как и я в свое время, когда младшая сестра одной из моих подруг задавала столь бестактные вопросы.
- Видишь ли, там, в яме, растут грибы, и они впитывают весь запах и питаются нашим гов... эээ... нашими отходами. Называется этот гриб чистун.
Эх, в наш бы мир такие грибы. А то иной раз страшно заходить в туалет после Толика, и никакие освежители воздуха не спасают.
А сушеные грибы имели необыкновенную впитывающую способность и использовались в качестве подгузников и в прочем подобном. В общем, мне очень эти грибы понравились.
Мы вышли на улицу. Было уже темно и заметно похолодало: хоть и юг страны, но все равно, приближалась зима. Дефа поежилась и достала из своего бездонного рюкзака меховой плащ и надела его. Мне она посоветовала закутаться в мой импровизированный плащ, так как он очень хорошо сохранял тепло; а чтобы не мерзли ноги, решила посадить меня верхом. Лунная Ночь пила воду. Дефа подошла и погладила ее.
- Бедненькая моя, ты одна у нас голодная осталась, - сказала она и протянула ей вареную картофелину. Лошадь тут же съела угощение, дотрагиваясь мягкими губами до ладони девушки. – Потерпи еще чуть-чуть. Сейчас сделаем пару дел, и я тебя накормлю от пуза лучшей едой в этом городе!
Дефа хотела меня посадить на Лунную Ночь, но стоило ей взять меня на руки, Эльба жалобно заскулила и легла на землю, красноречиво глядя на меня. Я тут же поняла, что она хочет, и была поражена.
- Это моя ездовая собака, - сказала я с вытянутой физиономией. – И она, похоже, ревнует.
Дефа засмеялась.
- Да, ездовые собаки ревнивые. Особенно если хозяина любят.
Таким образом, стало ясно, что ездовые собаки в этом мире не являются диковинкой. И что Эльба считает меня своей хозяйкой и любит. Сердце от умиления растаяло.
Я забралась на Эльбу, и мы поехали. Если учесть, что Эльба огромная, чуть меньше пони, чувствовала я себя верхом на ней комфортно. К тому же это была моя первая спокойная поездка на собаке, и я смогла оценить насколько это удобно. Было достаточно немного наклониться в какую-нибудь сторону, и Эльба тут же поворачивала туда. А вообще она сама знала, что делать.
Дефа взяла Лунную Ночь под уздцы и пошла пешком.
Очень скоро мы подошли к какой-то невзрачной лавке, Дефа взяла мешок и меня, приказала Эльбе ждать снаружи, и зашла внутрь.
Внутри была только узенькая комнатка со стойкой, свисающая с потолка тускло светящая веточка и закрытая за стойкой дверь. Стоял душный затхлый запах, вгоняющий почему-то в депрессию. Дефа позвонила в колокольчик, и тут же из двери вышел кругленький низкорослый мужичок с маслеными глазками, жиденькой бородкой и крошечным носиком.
Увидев нас, его лицо расплылось в елейной улыбке:
- Добро пожаловать, дамы! Что вас привело в мое скромное жилище?
Голосок его был настолько сладеньким, что я забоялась немедленного приступа сахарного диабета.
Дефа молча достала из мешка мои вещи: куртку, джинсы, кофту, шарф с шапкой и разложила это перед мужчиной.
Его лицо тут же потеряло отталкивающую наигранную улыбку, и он начал изучать вещи. Затем поднял изумленные глаза:
- Откуда у вас такое?
- Это важно? – ответила вопросом девушка. – Сколько вы хотите за все?
Мужчина вновь дотронулся до одежды. Было прекрасно видно, что он решает. Его масленые глазки бегали туда-сюда, ища лучший вариант.
- А вдруг вы это украли. Если меня поймают с такой одеждой, вздернут на виселицу.
- Она не ворованная, - спокойно парировала Дефа, медленно, с каким-то садистским наслаждением, сворачивая куртку. – Но если хотите, я не буду подвергать вашу жизнь опасности.
Мужчина молча наблюдал, как мы идем к двери. Когда Дефа толкнула дверь, он, наконец, нас окликнул:
- Ладно, вернитесь.
Мы развернулись и подошли обратно. Дефа вновь разложила вещи на лавке. Мужчина начал более внимательно рассматривать всю одежду, ахая от восторга, когда дело доходило до швов: в этом мире еще не изобрели швейную машинку, и поэтому и Дефа и этот мужчина (и, полагаю, другие люди тоже) думали, что это безукоризненная работа рук человеческих.
Так же он восхищался джинсами, а если точнее, тем, насколько плотной была ткань. К кофте, шапке и шарфу он не проявил особого интереса. Наконец, он закончил осмотр:
- Да. Вещи достойные. Только пуговиц не хватает. Я предлагаю за все три коричневых.
- Да уж, - с каменным лицом произнесла Дефа. – Не пойдет. Шесть коричневых за куртку и три коричневых за брюки и кофту. И то только потому, что без пуговиц.
- Эй! – встряла я. – Здесь не предусмотрены пуговицы! Это все на молнии! Эээ, заморское изобретение. Вот, смотрите, - я продемонстрировала, как застегивать джинсы и куртку. И подруга, и дядька были изумлены.
Руки мужчины потянулись к диковинке, и Дефа тут же взяла ситуацию под свой контроль:
- Раз такое дело, предлагаю все за десять коричневых. Уверена, на такую диковинку найдется свой покупатель.
- Семь.
- Девять.
- Восемь коричневых. Мое последнее слово, - твердо сказал мужчина.
- По рукам.
Торг прошел очень быстро. Мужчина вошел обратно в свою комнату, но вскоре вернулся с мешочком денег. Рядом с ним был какой-то рослый детина с огромной дубиной в руках. Наверное, для охраны. Однако этот детина не вызывал улыбки, как это бывало в моем мире: что-то мне говорило, что он действительно способен применить силу даже к маленькому ребенку.
- Вам лучше коричневыми или красными? – спросил мужчина.
Дефа не раздумывая остановилась на красных. Вскоре полупустой денежный мешочек девушки располнел и потяжелел. Я мысленно попрощалась с курткой, которая служила мне верой и правдой не одну зиму, с джинсами, кофтой, с шапкой и шарфом.
- А кто это был? – когда мы вышли, поинтересовалась я.
- Скупщик, - ответила довольная Дефа, доставая из мешочка горсть монет и пересыпая их в другой маленький мешок, который повязала на ремень брюк; остальная часть денег была положена на дно рюкзака. – Не люблю скупщиков. Все время пытаются надуть.
- Но ты его сделала! – моему удовольствию не было предела.
- Просто хорошо знаю, как таких жадин раскошелить, - похвасталась подруга. – Ну что, теперь пойдем к швецу.
- А кто это? – до меня не очень дошло.
- Тот, кто одежду шьет.
Думаю, все швейные мастерские одинаковые. Кругом висит одежда, ткань. Только две швеи сидели не за машинками, а шили вручную.
- Нам бы одежду для девочки, - сказала Дефа, позванивая монетками, долговязому усатому мужчине с длинными светлыми волосами, собранными в конский хвост.
Он тут же достал готовую длинную сорочку, сарафан, расписную ленточку, гольфы и курточку на меху.
- Эээ, лучше для мальчика, - смущенно поправилась Дефа. – Нам далеко ехать.
Мужчина немедля вытащил с полки брюки из мягкой ткани, носочки, комплект белья, мужскую сорочку, курточку на меху и тонкую ленту для волос. Все это нам обошлось в десять красных.
- Где мы можем купить сапожки? - добавила Дефа.
- У меня как раз есть пара на продажу, - радостно сообщил швец и убежал в подсобку, продолжая из нее вещать: – Младший уже вырос из них, но обувь в отличном состоянии! Более того, - мужчина вернулся, держа тупоносые коричневые детские сапожки, - это всепогодная обувь: в ней не бывает ни жарко, ни холодно. Стелька здесь из измельченного сушеного чистуна, вы сами должны понимать, какой это огромный плюс.
Дефа рассматривала сапожки. Конечно, носки были поцарапаны, и выглядела обувь поношенной, но когда я померила ее, мне она очень понравилась: обувь оказалась действительно удобной, и в ней был очень комфортный климат, как в домашней тапочке.
- Кроме того, - продолжил швец, - Моя теща занимается домашним колдовством. Она эту обувь заговорила, поэтому в ней никогда не устают ноги. Самое то для долгого похода.
Эта новость меня обрадовала, даже несмотря на то, что обувь была ношеной. Я перевела вопросительный взгляд на Дефу. Девушка раздумывала.
- И сколько вы за нее хотите? – обратилась я, прогуливаясь в обуви по комнате. Это было бесподобно. За такую не жалко было отдать и десять белых монет.
Швец улыбнулся и присел на корточки:
- Ну, раз вы моя самая юная покупательница, продам вам ее всего за три красных.
- Ух ты! – восторгу Дефы не было предела. Она достала из мешочка монеты. – Согласна!
- Носите на здоровье, - подмигнул нам швец. – Я бы и даром отдал, но примета плохая, мол, носиться долго не будет.
Вышли мы из швейной мастерской очень довольные. Я была уже в сапогах, штанах и куртке. Прочую одежду Дефа сложила в мешок, сказав, что ее одену после бани. Эта новость привела меня в восторг, так как за последние сутки я была настолько липкая от пота, и грязная от хождения босиком, что казалось, за спиной все на меня показывали пальцем и сторонились как бродягу.
«Елки-палки! - подумала я. – В ателье должно быть зеркало! Могла бы и посмотреть на себя!». Но возвращаться было поздно.
Дефа забралась на Лунную Ночь, а я на Эльбу, и мы опять куда-то поехали.
Остановились мы у большого дома, огороженного стройным деревянным забором с настежь распахнутыми воротами. Над воротами висела табличка с надписью.
- Нам сюда, - сказала Дефа, слезая с лошади. – Постоялый двор.
- А я думала, что у тебя свой дом, - я тоже спустилась с собаки.
- Я в этом городе всего недели три, - искренне ответила Дефа, - и вскоре ухожу отсюда.
- А как же охота? – не поняла я.
- Это моя временная работа, - ничуть не смутилась Дефа. – Я работала на птицелова. Сегодня был последний день, и завтра я скажу что ухожу, и надо будет ему отдать клетку.
- Какую клетку? – на всякий случай я обошла девушку и Лунную Ночь, пытаясь найти клетку.
- В которую должна была собрать птиц, - ответила Дефа. Она в мешке.
- Ничего себе у тебя мешочек. Вместительный, - изумилась я.
- Это точно, - Дефа была довольна. – И достался мне практически даром. Правда клетка сейчас в разобранном виде, поэтому и поместилась.
Мы уже подошли к дому, и Дефа дернула за шнурок у двери.
Дверь тут же открылась и показалась седая голова хозяйки.
- А, это вы, Видефаца, - с улыбкой сказала женщина. Я обратила внимание, что несмотря на почтенный возраст, у старухи были превосходные белые зубы. – Дерра! Быстро сюда! Отведи лошадь Видефацы в конюшню!
В тот же миг девчушка лет двенадцати, накинув на плечи пуховую шаль, вышла во двор и взяла Лунную Ночь под уздцы, уводя со двора.
Дефа прошла внутрь. Я последовала за ней, но вдруг старая карга ногой начала меня выпихивать наружу. Я обалдела от такого хамства.
- Что за нафиг?! – ошарашено воскликнула я. Дефа уже была внутри и поднималась по лестнице, но услышав мой вопль обернулась и быстро направилась к нам.
- Нечего тут всяким бродяжкам пытаться внутрь протиснуться. Не бесплатная ночлежка!
- Ты, старая маразматичка, пропусти, я с Дефой! – гневно закричала я, пораженная таким хамством.
- Ах ты, шпана, - старуха схватила метлу и занесла его над моей головой, Эльба угрожающе зарычала, женщина на мгновение замерла, но собралась и чуть было не опустила древко мне на голову, но Дефа успела перехватить сухую руку. Я круглыми глазами смотрела на старую женщину, белая как мел.
Моя подруга была на голову выше старухи, и поэтому грозно возвышалась над ней. Пожилая женщина ослабила руку.
- Успокойтесь, эта девочка со мной, - вырывая метлу, сказала Дефа. - Я оплачу.
Она дала старухе пять монет, и я, под испепеляющим взглядом ведьмы, прошла внутрь, гордо подняв голову. Эльба спокойно шла рядом со мной, но чувствовалось, что она была обескуражена таким поворотом событий.
- Сначала мужиков водила, теперь выродков всяких, - услышала я злобное шипение старой карги.
Лицо Дефы исказила гримаса злобы, и я увидела, как ее рука потянулась к кинжалу.
- Нам бы в баню сходить, - спокойно сказала она, повернувшись, словно ничего не случилось. – И чтобы было выше всяких похвал. А то расскажу хозяину о твоей выходке.
Старуха кротко кивнула и засеменила куда-то внутрь дома. Я была потрясена подобной выходкой старухи, и хотелось немедленно уйти отсюда, но Дефа успокоила:
- Не обращай внимания. Эта карга больная, на всех кидается.
- Зачем же ее тогда держать здесь? – сказала я, дрожа от злости и страха. – Вдруг эта одержимая ночью придушит нас?
- Не бойся, она такого не сделает. У нее постоянные приступы гнева, но настоящего она зла никому не причиняет. Местные говорят, раньше она была очень милой и кроткой, но какой-то злой чародей наслал на нее демонов. Все, что она говорит и делает, против ее воли. Хозяин постоялого двора ее сын, и он, разумеется, не выкинет родную мать из дома.
- Ужас, - сказала я, вмиг почувствовав к старухе не столько отвращение, сколько жалость, смешанную с обидой. – Все-таки она могла бы сдержаться, - тихо добавила я. – А проклятие с нее пытались снять?
- Пытались, наверное, - пожала плечами Дефа. – Я не знаю.
Она повернула ключ, и мы вошли в ее комнату. Было темно, только из одного угла исходил сквозь щели серебристый свет.
Дефа решительно направилась к этому углу и раздернула шторы. В тот же миг комнату заполнил уже ставший привычным мягкий серебристый свет. Только в отличие от увиденных ранее деревьев, это было живым, и росло в деревянном ведре. Дефа объяснила, что живое дерево не только дает свет, но и отгоняет нечисть.
- Добро пожаловать в мой роскошный дворец! – очень фальшиво пропела Дефа, разводя руки в стороны.
Я обвела взглядом ее обитель. Не густо. Узкая кровать у стены, потрепанный комод, старое кресло, пуф, дверь, ведущая в туалет и рукомойник, представляющий собой железный таз на высокой табуретке, умещалось в крошечной комнатушке.
Эльба тут же разместилась у кровати и заснула.
- Ничего так, - из вежливости сказала я. – Минимум удобств есть. Клопы, надеюсь, не прилагаются?
- Неслабый юмор для малявки, - засмеялась девушка, скидывая мешок с плеч. Поведя плечами и потянувшись, она взяла его в руки: - Ну что, пойдем в баню?
- Да! Конечно! – оживилась я. – Мечтаю помыться!
Дефа закрыла дверь, и мы спустились на первый этаж. Баня находилась на заднем дворе. Это был маленький бревенчатый домик с каменной трубой и без окон.
На улице не было крепкого мороза, но поднялся туман, и поэтому было холодно. Мы быстро прошли в баню и закрылись.
Не буду подробно останавливаться, скажу лишь, что внутри баня разделялась на две части – предбанник и непосредственно саму баню. В бане стояли скамейки и гигантская круглая деревянная ванна, больше похожая на бассейн, с горячей водой.
Я очень стеснялась раздеваться из-за своего младенческого тела. Но, преодолевая себя, все-таки сделала это. Дефа не насмехалась и не охала, какая я маленькая. Вела она себя непринужденно. До меня позже дошло, что для нее я всегда была такой маленькой.
- А ты медальон не хочешь снять? – спросила девушка, указывая на часы. Я отрицательно покачала головой, и больше вопросов не было.
Из-за своей природной стеснительности я старалась не смотреть на Дефу. Однако даже кинув на нее быстрый взгляд, можно сказать, что у нее была красивая фигура: не громыхающий костями скелет, но и не было излишней полноты. Золотая середина.
Она забралась в ванну и посадила туда меня. В ней можно было плавать, как в небольшом бассейне. К тому же воды в ванне для меня было по шею, и мне приходилось все время держаться за ее края, чтобы случайно не утонуть.
В этом мире уже было изобретено мыло. Правда, оно было похоже на хозяйственное, и пахло так же, но я была рада и такому.
Вместо зубных щеток использовался обычный кусочек ткани, намотанный на палец. Дефа окунула такой кусочек в гель противно-серо-зеленого цвета, который находился в деревянной чашечке, прикрепленной к ванне. Я последовала ее примеру.
Несмотря на тошнотворный цвет, на вкус гель был приятным, похожим на мяту с яблоком. Но как объяснила подруга, в этом геле присутствовали разные вещества из разных растений, и предупредила, что глотать его нельзя, так как можно отравиться, но за зубами этот гель ухаживал великолепно, и чистил прекрасно.
Потом Дефа затеяла большую стирку своих вещей, приговаривая, что не пристало ей, потомку благородного рода, ходить в грязной одежде. Я помогала ей по мере своих сил.
После мы сидели в предбаннике, замотанные в белые простыни и пили брусничный морс.
Скорее всего, от усталости мне было лень разговаривать и задавать волнующие меня вопросы. Хотелось упасть и спать. Да и сама Дефа выглядела сонной.
Мы быстро оделись в чистую одежду, Дефа собрала свою постиранную одежду в таз, и мы направились в номер.
Когда мы зашли, кровать Дефы уже была расстелена. Для меня тоже была приготовлена кровать: видимо кто-то из слуг постоялого двора, пока мы были в бане, придвинул пуфик к креслу и застелил чистым постельным бельем.
Ставни уже были закрыты, и было натоплено. Я помогала Дефе развесить ее стиранную одежду на веревки под самым потолком, подавая ее – сама она была сейчас одета в мягкую сорочку.
Потом я легла в свою кровать.
- Знаешь, если бы все дети были такими покладистыми, как ты, я бы согласилась иметь хоть армию детей, - с улыбкой сказала девушка, укрывая меня.
- Я бы не против стать взрослой, - произнесла я, зевая. – Спокойной ночи.
Дефа задернула шторы, чтобы свет не бил в глаза и я тут же заснула.
Leave a comment
Проснулась я оттого, что собака громко дышала. Я открыла глаза. Уже было светло. Я все еще была ребенком, но вот видеть светящиеся деревья перестала. «Ура, - подумала я, - улучшение налицо! Деревья перестали светиться! Еще чуть-чуть, и, глядишь, вырасту, а однажды очнусь совершенно здоровой в психушке, и меня отпустят домой!»
С идиотской улыбкой я поднялась на ноги, и с изумлением огляделась. Снег кругом растаял, и значительно потеплело. На одном из деревьев были видны молодые, только что проклюнувшиеся листочки. Через некоторое время я услышала первую птицу, и спустя несколько секунд лес буквально взорвался птичьим гомоном и ожил.
Я не ожидала такого.
- Что это значит? – обратилась я к Эльбе. Собака, разумеется, ничего не ответила.
Стало немного душно. Я сняла с себя куртку и постелила ее на собаку. Эльба не возражала. Я попробовала сделать пару шагов, но, споткнувшись о выступающий корень, упала, ободрав ладони. Выругавшись и смеясь над собственной неуклюжестью, я поднялась на ноги и взобралась на собаку.
- Вперед, мой верный конь! – с пафосом продекламировала я, и Эльба поднялась на ноги и пошла рысцой.
Мы были в обычном весеннем лесу с обычными деревьями. Под ногами была обычная опавшая прошлогодняя листва, по лесу разносился обычный гомон обычных птиц. Все было бы довольно обычно, если не факт, что этого не должно быть. Сейчас середина ноября, я не маленькая девочка, и вообще я должна быть в городе!
А мой брат? Толя уже наверняка всех на уши поднял, так как я без вести пропала! Ни звонка, ни СМСки! И почему из всех дней я решила оставить сотовый именно сегодня?! Я вновь почувствовала панику.
Чтобы успокоиться, я в который раз закрыла глаза и глубоко и спокойно начала дышать. Надо расслабиться. Я просто вижу очень странный и реальный сон. Но это только сон. Следовательно, рано или поздно проснусь.
Я почувствовала, что стало очень жарко. Я открыла глаза и ахнула: Это был уже не весенний лес – это был летний лес! В небе пылало яркое солнце, шумела зеленая листва, птицы неистово щебетали; я увидела как белка забралась на березу. Кофта прилипла к мгновенно взмокшему телу.
Что здесь происходит?! Откуда такая жара в один присест, когда сейчас середина ноября?! Как деревья умудрились отрастить такую густую листву меньше чем за полчаса?!
Я пыталась найти логическое объяснение.
Может, виноваты пельмени? Вдруг они несвежие и я просто отравилась? Я все еще отказывалась верить, что со мной воистину случилось что-то невероятное. Я вновь перевела взгляд на руку. Крошечные пальчики вцепились в густую шерсть собаки, и это были мои руки.
Ужаса уже не было. Было какое-то смешанное чувство, нечто среднее между безразличием, принятием моего нынешнего омоложения как должного и изумлением. Были мысли, мол, «ну и что? С кем не бывает?», и одновременное понимание, что с биологической точки зрения, и с физической, и вообще с любой точки зрения такое невозможно.
Я все еще старалась мыслить рационально. Помолодело мое тело. Но это не повлияло на мой разум. Я по-прежнему взрослый человек, заключенный в тело ребенка, и я по-прежнему способна думать и рассуждать не по-детски.
Этот мир, скорее всего, параллельный. В нашем мире так быстро погода не меняется, а деревья не светятся по ночам. Так же в нашем мире военные ходят с автоматами и в бронежилетах, а не с арбалетами и в кольчугах.
На лице появилось кислое выражение: почему в параллельных мирах люди так и не изобрели порох?! С другой стороны, будь у них по АК, не думаю, что я была бы еще жива.
Со мной и ранее пару раз случалось странное. Часы из космоса, русалки в камышах и души умерших. А один раз переместилась в прошлое и изменила свою судьбу. Потом эти парни в дутых куртках...
Для меня оставалось загадкой, зачем им понадобилось превращать меня в малышку. Им нужны мои часы? Я бы их отдала им и без обращения меня в лялю.
Может быть, им нужна была Эльба? Да, она умная, отважная, красивая и выносливая собака, но все равно, я не понимала. Может, они ее хозяева? Да ну, бред. Зачем им тогда меня было возвращать в детство? А может, Эльба и не собака вовсе?! – как гром среди ясного неба меня поразила мысль. А как иначе объяснить ее молчаливые диалоги?!
Надо срочно выяснить, права ли я.
- Эльба, - обратилась я к собаке. Эльба продолжала молча идти. Не знаю, почему, но вдруг стало жутковато. А если она и правда заколдованный человек? Я минут двадцать, не меньше, набиралась смелости: - Эльба. Ты человек?
Я напряженно уставилась на ее голову. Она шла, высунув язык, и даже ухом не повела. Ничто не выдавало в ней сейчас ее не-собачьей сущности.
- Не бойся, я не выдам тебя. Я на твоей стороне. Если ты не собака, дай мне это понять.
Однако Эльба оставалась непоколебимой.
- Эльба, стой! – сказала я и собака послушно остановилась и легла, чтобы мне удобнее было спускаться. Может, это просто специально обученная ездовая собака? Например, для каких-нибудь хоббитов или гномов.
Ездовая собака высунула язык и тяжело задышала, изнывая от жары. Я слезла с Эльбы и сняла куртку, которую постелила на нее, извиняясь, за то что нарядила ее в дополнительную теплую вещь, когда ей и своей шубы хватало.
В свитере было неимоверно жарко, но я не хотела его снимать из-за того, что иной одежды у меня не было.
Однако джинсы и колготки с обувью сняла и сложила все это в куртку и завязала узлом. Затем нашла прочную палку. Получился узелок бродяги. Свитер заменял мне платье. Да и вообще я была похожа на сейчас бродягу.
Я решила пройтись сама, а заодно поискать что-нибудь съедобное. Эльба бежала чуть впереди, зарывшись носом в землю. Через некоторое время в ее зубах хрустнула лягушка.
Сначала меня затошнило от вкусовых пристрастий моей знакомой, но через мгновение я засмеялась:
- О-ля-ля! Мон шери, вы предпочитаете французскую кухню?
В ответ Эльба закусила улиткой, которая ползала по кусту шиповника и кинулась галопом за какой-то очередной живностью.
Куст пришелся кстати, так как желудок дуэтом с кишечником затянул голодную песню. Я подошла к нему, ища взглядом ягоды, и вскоре обнаружила парочку в глуби, почему-то фиолетового цвета. Я не придала значения столь странному цвету и протянула руку, чтобы сорвать штучку.
И ничего понять не успела, как меня кто-то сзади схватил и отдернул от куста. Точнее отшвырнул.
Я в испуге вскрикнула.
- Где твои родители? – раздался приятный, но строгий голос. Я оглянулась, и мой взгляд скользнул по коричневым кожаным штанам, ремню с закрытыми ножнами, животу, топику-маечке желтого цвета, и остановился на лице с зелеными глазами, тонкими губами и аккуратным носом с горбинкой, под светло-русыми, заплетенными в косу волосами. Это была девушка лет семнадцати.
- Ты умеешь говорить? – спросила она и огляделась. – Где твои мама и папа?
Только сейчас я обратила внимание, что девушка говорит не на русском, а на каком-то другом языке. Но я ее прекрасно понимала.
- В... вы кто? – выдавила из себя я, с ужасом поняв, что говорю тоже не на родном языке, и покосилась на кинжал. – Разбойница?
Девушка сдвинула брови:
- Тебе родители не говорили, что нельзя приближаться к геморхагу?
Я поднялась на ноги и оглянулась на куст.
- Гомер... что?
- Геморхаг. Не видишь, ягоды фиолетовые? – лицо девушки смягчилось. – Впрочем, что можно ждать от ребенка... Ты потерялась?
- Я... то есть, я не маленькая. И я да, потерялась, - неожиданно для себя я осеклась. Хоть девушка и не выглядела врагом, но кто знает, какой сюрприз приготовил этот сумасшедший мир. И лучше пока не рассказывать, что мы с ней ровесницы и что я из другого мира. – Там солдаты были...
Глаза девушки округлились но затем стали узкими щелочками:
- Что они тебе сделали?
- Они в меня из лука стреляли. Кто они? То есть, эти дяди плохие?
- Да. Может даже воины лорда Эрукруда... Где твои мама и папа, малышка?
- Я не знаю... Они меня посадили на Эльбу и она побежала, - было невероятно тяжело говорить с детской наивностью. Получалось у меня это из рук вон плохо.
Девушка пристально посмотрела на меня:
- Эльба твоя лошадка?
- Нет, она моя собачка, – я набрала в грудь воздуха и закричала: - Эльба!!!
Эльба тут же прибежала на мой зов.
- У тебя великолепная дикция для твоего возраста, - заметила девушка, и перевела взгляд на собаку: – Красивая.
- Спасибо, - улыбнулась я, подойдя и обняв Эльбу за шею. Но тут же отшатнулась от нее: из ее открытой пасти разило свежим мясом.
Мой взгляд упал на куст, который я приняла за шиповник.
- Почему этот самый... гемор... гемор... как... Ну, вы поняли. Чем он так опасен?
- Геморхаг, - поправила меня девушка. - Если поранишься об его шипы, умрешь от потери крови.
- Во как, - изумленно сказала я и попятилась подальше от куста. – А с виду обычный шиповник, - я вновь вспомнила, кто я: - Тетенька, я хочу есть.
Девушка улыбнулась:
- Ну давай перегрызем кого-нибудь. Я, кстати, Видефаца из Виллерта, - увидев мою озадаченность и неудачные попытки повторить имя, девушка смягчилась. – Зови меня Дефа.
- А я... Ли... Лиса. То есть Алиса, - имя вырвалось само собой. – Из Рос... Росси.
Дефа приподняла брови:
- Никогда не слышала о таком месте.
Она сняла рюкзак, который я раньше не замечала. Но это был не такой рюкзак, как в нашем мире. Скорее кожаный заплечный мешок. Из него она достала хлеб, вяленое мясо, металлическую флягу.
Эльба тут же села напротив Дефы, выпрашивая жалобным взглядом кусочек.
- Эльба! – возмутилась я, - Что ты как дворняжка безродная? Имей гордость!
Уши и хвост собаки тут же поникли и она, опустив голову, удалилась за куст геморхага с видом побитой и униженной.
- А ты, судя по всему, благородных кровей? – ее взгляд скользнул по моей одежде. – И говоришь, и держишься не как ребенок простолюдина.
- Ва вадно вам, - невнятно произнесла я, так как уже откусила большой кусок хлеба и мяса. Запив водой из фляги и проглотив, я продолжала сбивать свою ценность: - Просто мои родители не позволяли Эльбе попрошайничать.
- Ты чертовски складно говоришь для своего возраста, - заметила Дефа, пристально изучая мой облик.
Пришлось выкручиваться:
- Я выгляжу просто младше. На самом деле мне почти пять. И моя мама занималась моей дикцией, - чтобы совсем не выбиться из образа ребенка, пришлось импровизировать: - Сла Шаша по соше и шосала сушку! Клар у Кралы уклар колары.
Дефа не засмеялась, однако я чувствовала, что она стала менее настороженной.
- А ты до скольки умеешь считать? - продолжала я. – Я до многа. Раз, два, три, пять...
- Верю-верю! – рассмеялась Дефа. – Ну, так ты не в курсе, где твои мама-папа?
- Нет, - вздохнула я. – Я вообще помню только как в этом лесу оказалась вчера.
- А до этого?
- Ничего.
- В смысле?
- Ну, я помню, что шли какие-то дяди, и как мама меня сажала на собаку, - я поняла, что уже слишком перегнула палку с ложью. - И все, - под пристальным изучающим взглядом Дефы мне хотелось как можно быстрее закрыть эту тему. - А кто такой этот лорд?
Лицо девушки на мгновение прияло испуганный и растерянный вид. Она одарила меня взглядом, полным жалости и сожаления.
- Лорд Эрукруд. Страшный человек... – она это скорее говорила себе, а не мне. – Он силен. Сумел победить и убить саму Аргенстелу - величайшую из чаровниц, женщину, которая пережила четыре королевских династии. Некоторые считали, что она наполовину богиня.
Дефа замолчала. Но мне хотелось знать больше.
- Зачем он ее убил? С какой целью? И чем он так опасен?
Дефа кинула на меня какой-то отстраненный взгляд, но ответила.
- Лорд Эрукруд мятежник, он жаждет уничтожить правящую ныне династию и занять место короля. Пока он не добрался до него, но уничтожает всех, кто стоит на его пути.
- Бедный король, - сказала я, не чувствуя, однако, сильного сожаления. – Вечно какие-то интриги плетутся вокруг монархов... Но почему он жаждет власти?
Дефа пожала плечами.
- Мне все равно, почему. Наш клан был полностью уничтожен три года назад его воинами. Не пощадили никого. Даже мою маленькую сестренку. Я чудом спаслась.
- Ничего себе, - сказала я. – Сожалею...
Помедлив, я добавила:
- А что такое клан?
Дефа улыбнулась.
- Вся твоя семья: родители, братья, сестры, бабушки, дедушки, тети, дяди, двоюродная и троюродная родня, все, у кого один предок. Ты, видимо, здешняя?
- Эээ?
- Ну, на юге ведь не говорят «клан». Говорят «семья».
- Значит оттуда, - убежденно сказала я. – То есть, отсюда. А ты откуда?
Дефа пожала плечами.
- Не важно. Не хочу вспоминать... – девушка печально усмехнулась. – Говорю с ребенком как на равных...
Стало немного не по себе.
- А ты знаешь, где моя мама? – было стыдно так врать и притворяться, но Дефу я практически не знала.
Девушка печально улыбнулась и потрепала меня по макушке:
- Ты скоро встретишь маму и папу. Я уверена.
Однако в ее голосе не было уверенности. Впрочем, я тоже сомневалась, что встреча с родителями произойдет скоро. Но стало стыдно. Дефа была искренней со мной, а я ей так лгала. От стыда и презрения к себе защипало глаза.
- Не плачь, Алиса, - сказала девушка и вновь потрепала меня по макушке. – Я тебя не брошу, пока ты не встретишь родителей.
- Спасибо, - сказала я, пряча глаза. И расплакалась.
Дефа растерянно смотрела на меня, не зная, как реагировать. Но мои слезы быстро прошли. Холодный рассудок утверждал, что пока так безопаснее.
Дефа дала выпить воды, чтобы полегчало.
- Ты извини, что я нюни распустила, - звонко произнесла я. – Просто взгрустнулось что-то.
- Ниче-ниче, все дети плачут, - бодро промолвила Дефа.
- А ты что в лесу тут делаешь? – поинтересовалась я.
- Да так, - девушка закрыла глаза и потерла переносицу. – Охочусь... Устала сильно.
- Охотница? – воскликнула с восторгом я. - А чем охотишься? Луком со стрелами?
Однако лука и стрел я у нее не видела.
- Не, я не умею из лука, - фыркнула девушка. – Я силки на птиц ставлю.
- Ну и каков улов? – немного разочарованно протянула я.
Дефа сморщила нос и покачала головой.
- Ни одной птички.
- Эх, жалко, - пособолезновала я.
- Да ладно, все нормально.
Над моим ухом раздалось дыхание и запахло сырым мясом.
- Эльба, фу, ну и вонь! – воскликнула я, вмиг вскочив на ноги и отдаляясь подальше от собаки. На нее мое замечание никак не повлияло: четвероногая подруга сидела и завороженными глазами смотрела на мясо в руке Дефы. Девушка вопросительно глянула на меня:
- Можно, вашество, я покормлю собаку?
- Пожалуйста, пожала я плечами.
Было, честно говоря, не до собаки. Я выпила воды, и теперь с меня в три ручья тек пот. Волосы уже давно были хоть отжимай, и прилипли ко лбу. Дефа заметила, что мне дурно.
- Ты бы разделась, раз так душно.
- Ага, и ходить голышом что ли? – вырвалось прежде, чем я подумала.
Дефа нахмурила брови:
- Слушай, маленькая старушка, с тебя в три ручья льет пот, а ты тут корчишь из себя недотрогу! Кто тебя увидит?
- Ну... – я замялась. – Ты увидишь. И она, - я указала на Эльбу, обнюхивающую землю у геморхага. – А не опасно, что она так близко к этому кусту?
Дефа пожала плечами:
- Если она не полезет в чащу кустов и не оцарапается, то неопасно.
На всякий случай я подозвала Эльбу: мало ли какой шип мог валяться на земле. И не дай бог собака наступит на него.
Дефа вновь сурово посмотрела на меня и достала из рюкзака широкую ленту какой-то серой и грубоватой на вид ткани. – Раз ты такая стеснительная, давай я тебе хоть набедренную повязку сделаю. Иначе того и глядишь, растаешь, как утренний снег.
Прежде чем снять свитер, я обмоталась куском ткани, как это делают борцы сумо. Получилось приемлемо. И только после этого сняла свитер.
Свежий ветерок тут же подул на меня, сгоняя жару; нагретый металл часов тут же стал прохладным. А я принялась рассматривать свое детское тело. Тело как тело: круглый животик, пухленькие ножки. Кстати, с взрослым педикюром. Правда от педикюра остался только розовый лак-хамелеон: из-за того, что я ходила босиком, пальчики посерели, а под ногтями вырос черный бархат.
- Какого странного цвета у тебя ногти, - заметила девушка, как и другие, игнорируя часы. – Ухоженные и чистые... Если не считать грязного ободка. Простолюдины так ногти не красят.
Я хотела было возразить, но не знала как. Пришлось сдаться:
- Мой папа был главой клана... – я не и врала. В реальности мой отец лидер в семье. – Ты теперь меня похитишь?
Дефа рассмеялась:
- Не, не буду, - она посмотрела на солнце. – Нам бы выйти из леса до заката, пока опять не похолодало.
После чего подошла к моей куртке и развязала узел, изучая содержимое.
- Ага, - сказала я, наблюдая за ней. – А почему здесь так быстро погода меняется?
- Чародейство, - коротко ответила девушка, трогая красную шелковую подкладку. – Это же золотая жила! – воскликнула она. – За такую, пожалуй, пять коричневых дадут! А какие стежки аккуратные!.. Пуговиц, правда, не вижу, и петелек. Но ничего, и так с руками оторвут.
- Эй, за что дадут чего коричневого? Это мое!
Я хотела добавить, что здесь нет пуговиц, потому что куртка на молнии, но промолчала.
- Тише, малая, - я заметила в глазах девушки алчный блеск. – Тебя же надо одеть в одежду по размеру. Бесподобно! А мягкая, а легкая...
Я круглыми глазами наблюдала за Дефой.
- Одеть, да?
- Ну да, - кивнула она, запихивая куртку в мешок. Просто поразительно, какой он был вместительный при своих небольших размерах. – Не ходить же тебе как нищенке в набедренной повязке... Слушай, я, пожалуй, твою обувь заберу. Тебе она все равно не по размеру, но мне она будет как раз... И они такие легкие! Уверена, сам король носит такую же.
Я не возражала. Было немного жалко, но я понимала, что при моем росте такую обувь не наденешь. Да и стоила она недорого.
- А далеко до города? – спросила я.
- Нет, совсем близко, - ответила девушка. – Часа три на лошади.
- А где лошадь? – прозвучал резонный вопрос.
В ответ Дефа так пронзительно свистнула, что Эльба залаяла. Через несколько минут со стороны геморхага примчалась роскошная вороная кобыла с белым круглым пятном на лбу. Подойдя к хозяйке, она уткнулась ей в протянутую ладонь и вздохнула. Эльба с интересом рассматривала новую четвероногую знакомую, склоняя голову то на один, то на дугой бок, и поднимая уши, но подойти и как положено по собачьему этикету, обнюхать, не решалась.
Это была первая в моей жизни так близко рассмотренная лошадь. Я круглыми глазами глядела на нее, не веря, что это правда.
- Какая она красивая! – с обожанием выдохнула я.
- Спасибо, - улыбнулась Дефа. – Ее зовут Лунная Ночь.
Дефа за уздцы подвела Лунную Ночь ко мне и та ткнулась мне мягким носом в макушку и вздохнула. Было щекотно и страшно одновременно, что сейчас укусит.
- А она не кусается? - придавленным голосом спросила я, вжимая голову в плечи.
Дефа засмеялась и отвела кобылу.
- Нет, совсем не кусается.
- А можно тогда на ней прокатиться? – спросила я, попискивая от восторга. Я подошла к Лунной Ночи и прикоснулась к ее мягкому бархатному носу.
- Конечно можно, - разрешила девушка и вновь полезла в мешок. Она достала еще один кусок серой грубой на вид, но на самом деле очень мягкой и приятной на ощупь, ткани. И повязала ее на меня в виде плаща, чтобы плечи не напекло.
Затем посадила меня на лошадь, сбоку прикрепила заплечный мешок, и забралась сама.
Вроде ничего особенного: ну на лошади, ну высоко, но тем не менее это такое непередаваемое ощущение! Я пищала от восторга и хлопала в ладоши, трогала мягкую ухоженную гриву Лунной Ночи, впервые по-настоящему чувствуя себя ребенком.
- Наконец-то я тебя перестала бояться, юная старушка, - засмеялась Дефа. – Хоть на ребенка стала походить. Но!
Лошадь пошла рысью. Эльба бежала рядом, радостно лая и бешено виляя хвостом, иногда подпрыгивая. Лунная Ночь со снисходительностью смотрела на дурашливую собаку и как ни в чем не бывало продолжала свой путь.
Дул приятный ветер, пели птицы, солнце нежно согревало. Было так хорошо! Я вертела туда-сюда головой, глядя по сторонам и любуясь красотами леса. Лес не был непроходимой страшной чащей, каким он мне казался ночью, и не чувствовалось в нем какого-то волшебства, какое ощущалось ночью.
Видел бы это все брат или Призрак... Неожиданно защемило сердце. Я почувствовала сильную тоску по дому, по родным. Стало настолько тяжело на душе, что я не знала, как дальше жить.
- Ты что как тяжело вздыхаешь? – спросила сидящая позади Дефа. – Устала?
- Нет, - тихо произнесла я. – Домой хочу.
- Не унывай, маленькая, - бодро сказала девушка. – Сейчас в город приедем, поедим по-хорошему, купим тебе обновку, попаримся в баньке, выспимся. А завтра поедем искать твой дом.
Разумеется, про дом Дефа сказала только для того, чтобы я не плакала. Я это прекрасно понимала. Но на душе стало легче. Дефа была хорошим человеком. Я повернулась к ней и улыбнулась:
- Знаешь, ты хорошая.
- Спасибо, малая, - улыбнулась в ответ девушка.
Некоторое время мы ехали молча. Но вскоре у меня появилась новая куча вопросов. Я начала осторожно все вызнавать.
- А мы где? В смысле, знаю, что на юге, но чья земля?
- Точно не простолюдинка, - сказала себе девушка. – Это земли графа Эллора. Вы с ним, случаем, не родня?
- О, я не прочь иметь родню голубых кровей, - хихикнула я. – Но, увы, точно мы не родня. А он с королем или с лордом?
Дефа опять рассмеялась:
- В тебе определенно задатки будущего аналитика или шпиона, - она зажмурилась, все еще смеясь. У нее был очень приятный заливистый смех. – Граф не говорит с кем он.
Неожиданно ее беспечность прошла.
- Те солдаты, что ты видела в лесу, могут быть как на его стороне, так и против него. В любом случае по приезду пишу графу письмо, и мы завтра же покидаем город. На всякий случай.
Стало жутковато. Дефа продолжила.
- Скажи, Алиса, отряд был большой?
- Не знаю, - пожала я плечами и поежилась. – Но стрел было много... – я закрыла глаза, пытаясь вспомнить вчерашнюю ночь. Перед глазами вновь отчетливо возник вчерашний лес, костер между деревьев, привал. – Человек пятнадцать было точно, - уверенно сказала я.
- Немного, - облегченно выдохнула Дефа. – Но все равно расслабляться не стоит.
- И они явно были не в боевой готовности. Я к ним очень близко подошла... Может, это и не армия лорда была?
- Похоже на то, - в голосе Дефы чувствовалось облегчение. – Воины лорда Эрукруда не позволяет себе такую беспечность. Может это были просто охотники за змиями. И все-таки стоит предупредить городскую стражу.
- Змеями?! – переспросила я с вытянувшейся физиономией. – Ничего себе у вас змейки в лесу водятся, раз на них с таким снаряжением идут!
- Не за змеями. А за змиями, - поправила меня Дефа. – Они такие огромные и дышат огнем. А их чешуя – это чистое золото и бриллианты. Поэтому за ними и охотятся. Но змии слишком неуязвимы. За последние двадцать лет удалось убить только одного змия.
- Змии это драконы! – воскликнула я. – Ничего себе! Здесь водятся драконы?!
- Не совсем здесь, не бойся, - успокоила девушка. – Они живут в горах провинции Барота.
- Обалдеть! – только и смогла произнести я. – А эльфы, гномы, вампиры и хоббиты?
Дефа опять засмеялась.
- Я не понимаю твоего диалекта. Кто такие хоббиты?
- Ну, такие человечки с волосатыми ногами, и ростом чуть выше меня.
Как выяснилось, в этом мире нет хоббитов. А эльфы и гномы это альвы и, соответственно, дварфы. Дефа решила, что гномы и эльфы – это мой детский диалект. Причем очень смешной. Альвы и дварфы были такими же как эльфы и гномы, только назывались по-другому. Плюс альфами называли духов природы.
- А какая здесь вера? – спросила я после этих слов. Ведь христианство отрицает разных мифических существ.
- Каждый поклоняется тому богу, которому больше доверяет и готов принять его в свою семью. Плюс для каждого бога отведено свое время. Так, бог Сон силен ночью, а бог Солнце - днем. Гефор почитаем среди кузнецов. А богиня Рода чтится всеми, и особенно она важна в семье. А Леший, видишь, свел тебя со мной.
- Классно, - сказала я и глянула куда-то на дерево, ожидая увидеть там Лешего. – Спасибо, что свел меня с Дефой.
- Молодец, - одобрительно улыбнулась девушка. – Леший любит похвалу.
Солнце было уже в зените, ужасно жгло и ослепляло. Мы ехали долго, и мне успело надоесть однообразие поездки. Я начала вертеться как юла, изнемогая от жары и жажды.
Дефа достала из мешка флягу и протянула мне. Вода была теплая и я ее выпила без особого удовольствия, но стало намного лучше. Появился еще ряд вопросов.
Страна эта носила короткое, но звучное название - Огн, что в переводе с древнего языка огнов означало «Свет», переживала не самые светлые времена. И наступили эти времена с появлением лорда Эрукруда. А с убийством Аргенстелы он обрел и ее магическую силу.
Вампиры тоже были реальны. Только в отличие от современных фильмов, где их показывают уродливыми безмозглыми существами, которые с яростью разрывают горло жертве, вампиры этого мира были мирными и разумными.
Они так же не переносили солнечный свет и резкий запах чеснока и не могли обойтись без крови. Но своих жертв они редко убивали, и редко обращали в себе подобных, так как им хватало крови животных. А чтобы обратить человека в вампира, необходимо чтобы и вампир испил крови, и обращаемый вкусил кровь вампира.
Они славились своим сластолюбием, дьявольским обаянием, сильным иммунитетом, способностью жить столетиями и умением подчинять волю.
- Вот бы мне так! – мечтательно протянула я. – Все равно солнце не люблю, от него глаза болят.
- Вырасти сначала, - с улыбкой заметила Дефа.
- Да, я не прочь, - вздохнула я, с ностальгией вспоминая те счастливые времена, когда я была счастливой обладательницей высокого роста и взрослого тела.
Мы ехали, думаю, достаточно долго.
Я сама не заметила, как задремала. Меня растормошила Дефа:
- Алиса, девочка, проснись!
Я нехотя открыла глаза. Судя по солнцу, которому было недалеко до края земли, мы ехали долго.
Чуть впереди нас двигался обоз с вооруженной стражей. Мы ехали близко, и поэтому я смогла в мельчайших деталях рассмотреть, как выглядят воины.
К моему удивлению, они были без кольчуги и без шлемов, только при оружии. Как я поняла, это потому, что город уже близко, и разбойников быть не должно.
Неожиданно я вспомнила про Эльбу и резко глянула вниз. Эльба продолжала идти рядом, и ее, похоже, столь долгая дорога ничуть не вымотала. Только язык болтался до земли, а так она держалась бодрячком.
Я почувствовала легкий толчок в спину и оглянулась на виновницу. Глаза Дефы радостно сияли:
- Видишь, город показался!
Я тут же из полулежащего приняла сидячее положение и устремила взгляд в ту сторону, куда указала девушка. На горизонте отчетливо вырисовывался холм и каменные стены города. Сердце учащенно забилось от радости и ожидания неизвестного.
1 comment or Leave a comment
После ухода Призрака жизнь стала опять обычной и очень пресной.
Я ходила в колледж, а после учебы на работу. Жизнь потекла по своему обычному, очень спокойному руслу. Никаких порогов, водоворотов, водопадов. Только ровная, размеренная гладь. Как скучно.
Часы, прилетевшие из космоса, русалка, которую я увидела во время отдыха, Призрак, чудики на могиле, путешествие в прошлое, - все это казалось уже таким нереальным. Будто бы я видела очень правдоподобный фильм с моим участием, а, может, сон. Но со временем понимаешь, что даже самый реальный сон только плод воображения.
Хотя у меня были часы, но они себя вели как обычные часы: тикали, показывали время.
Призрак со временем тоже стал забываться. Не в том плане, что мне он стал безразличен, я просто стала замечать, что думаю о нем, как о прекрасном сне, которому навряд ли суждено повториться.
Вместе с тем я отлично помнила, чему меня Призрак научил. Например, любить, ценить жизнь, уважать ее. Отличать истинные ценности от ложных. Благодаря ему я поняла, что такое настоящая самоотверженность и благородство.
После своего века он решил стать моим Ангелом-хранителем, хотя мог и пойти на заслуженный отдых. А до того как его убили, он, рискуя своей жизнью, спасал чужие.

Этот день не предвещал ничего необычного. Была середина ноября. Дожди закончились. Выпал первый снег. И выпало его так много за один день, что даже некоторый транспорт перестал ходить.
Было воскресенье. Толя завис в интернете, а я, умирая от тоски, не знала, чем заняться.
Настроения не было вообще. Ничто не радовало.
Я прогулялась от телевизора к холодильнику, навернула кастрюльку пельменей, вернулась смотреть фильм...
Ну что за день?! С таким нетерпением ждала воскресенья, а теперь стало еще более скучно, чем месяц до этого.
Я надела свой любимый красный пуховик, белую шапочку и шарф ей в тон. Надела черные ботинки и в цвет к ним джинсы. На губы гигиеническую помаду, на руки – перчатки, в карман ключи и вышла гулять.
Когда я была у пустыря, ко мне подбежал огромный водолаз, и принялся обнюхивать мои джинсы. Я замерла, не зная, что делать. Пес вилял хвостом, что говорило о его дружеском настрое, но я все равно боялась, что он может укусить.
Пес обнюхал мои ноги и поднял на меня удивительно милую добродушную морду с черными очень умными глазами. Я улыбнулась и протянула руку, чтобы его погладить.
Но неожиданно он зарычал, я вздрогнула, решив, что это на меня и отдернула руку. Пес низко опустил голову и продолжал рычать, глядя куда-то мне за спину.
Я осмелела и оглянулась. В мою сторону с горы спускались два великаноподобных парня в черных дутых куртках и черных брюках. На головах у них были черные шапочки, точь-в-точь как у бандитов! Я подумала сначала, что это хозяева пса (странно, что водолаз все громче и громче рычал по мере их приближения), но тут я заметила странную вещь: парни шли, не утопая в сугробах, как будто ничего не весили.
Я озадаченно замерла, не понимая как реагировать.
Но когда парни были ближе, стало не по себе. От этих двух фигур веяло каким-то ужасом, и я захотела убежать, но не могла. Словно что-то пригвоздило меня к месту. Ноги стали ватными, и глаза стали слипаться, словно я неожиданно захмелела. Но когда хмелеешь, страха не чувствуешь. Я же была в ужасе.
Я в оцепенении смотрела, как фигуры приближались ко мне. Слишком они шли ровно, словно плыли.
Не знаю, что бы со мною стало, но меня вывел из транса громоподобный лай пса. Я вздрогнула и попятилась. Пес встал передо мной и залаял на фигуры.
Фигуры на мгновение замерли. «Бежать!» - пронеслось в голове, и я со всех ног кинулась от этих людей, чувствуя, как оковы оцепенения отпускают.
Когда бежишь, нельзя оглядываться. Но я забыла это правило и оглянулась и в тот же миг споткнулась о собственную ногу и растянулась на снегу.
Я быстро поднялась. Парни были далеко, но очень быстро надвигались, хотя и не бежали, а только шли. Я опять побежала, но вновь почувствовала, что на меня наваливается та же странная тяжесть. Бежать становилось все более трудно и неохота. Мой взгляд на секунду скользнул на мои ноги, и я увидела, что их обволакивает какой-то розовый туман. Я остановилась и тряхнула головой. «Сон какой-то», - подумала я. Тут ко мне подбежал пес и подставил под мою руку шею. Я нащупала ошейник и вцепилась в него. Только мои пальцы сомкнулись, пес рванул вперед. Я почувствовала, как оковы сна рушатся. Водолаз бежал быстро, я буквально развивалась за ним флажком. Один раз я все-таки оттолкнулась от асфальта и – невероятно! - оказалась верхом на собаке. Псу, похоже, от этого тяжелей не стало. Наоборот: он понесся еще быстрее! А меня очень удивило, каким образом я его оседлала.
Впереди был резкий спуск на пляж, и я поняла, что сейчас мы вместе кубарем полетим вниз. Я зажмурила глаза, готовясь к падению. Пес добежал до спуска, оттолкнулся от него и...
Полет был очень долгим, я от страха еще крепче вцепилась в длинную шерсть собаки, не открывая глаз. И тут почувствовала легкий толчок, и снова бег по земле. Я наконец решилась распахнуть один глаз...
Нет, это не город! Где я?! Где река?! Где набережная?! От изумления я выпрямилась во весь рост, глядя по сторонам.
Мы бежали вдоль полосы белых от снега деревьев. Некоторые из них излучали мягкий серебристый свет.
- Стой! – закричала я нежным звонким голоском и тут же испуганно прижала руки ко рту: это не мой голос!
Пес остановился, я кубарем упала с него. Мы стояли как раз у светящегося дерева.
Но мое внимание было переключено на неожиданно ставшей мне огромной куртку, закрывавшей меня до пят! Я почувствовала, как джинсы соскользнули вниз.
Рукава куртки тоже были необыкновенно длинными, я сняла ее через голову и увидела, что моя кофта тоже закрывала меня до пят и рукава так же висели как у Пьеро. И что-то неудобное мешалось под кофтой!
Я заглянула внутрь... Это был мой бюстгальтер! Только огромный! А где моя грудь?! ГДЕ МОЕ ТЕЛО?!! Что со мной?!!
- Мама, - пропищала испуганно я, глядя на водолаза.
Пес сидел рядом и тяжело дышал, высунув язык.
- Так, - я закрыла глаза и глубоко вдохнула, пытаясь собраться с мыслями. Однако не мой голос этому мешал. – Черт.
Я посмотрела на свою детскую пухлую ручку; на аккуратных коротких ногтях все так же был нанесен лак-хамелеон. Все ясно. Я помолодела. Судя по руке, лет до трех-четырех. Но каким образом?! Ужас!!!
Я решила собраться и мыслить рационально. Я отправилась на набережную подышать свежим воздухом. Тут этот пес. И два парня в дутых куртках. Они начали преследовать меня и наслали на меня розовый туман, который и сделал меня ребенком. С какой только целью они это сделали?! По спине скользнул холодный металл.
Вот он ответ!!! Часы!
Я попыталась их опять снять через голову, но тщетно. Словно вместе с уменьшением моих объемов укоротилась и длина цепочки. Если им и правда нужны мои часы, значит ли это, что раз их снять просто так нельзя, то мне снимут их вместе с головой?
- Что ж это за черти такие? – сдавленно сказала я, глядя на своего спасителя. – Спасибо, что спас!
Пес преданно заглянул мне в глаза и завилял хвостом.
- Буду звать тебя... интересно, ты он или она? - Пес продолжал сидеть и вилять хвостом. – Ладно. Не важно. Надо себя привести в порядок.
Я быстро надела слетевшие колготки, завязав их узлом на талии, надела джинсы, закатав штанины, и перетянула их ремнем. Сняла бюстгальтер и положила его в карман куртки. В ботинки насовала бумажных носовых платков, чтобы они стали мне как раз; с трудом закатала рукава куртки, и перевязала ее шарфом, чтобы она не слетела с меня.
Вышло, честно говоря, не очень красиво и удобно, но все равно лучше, чем когда утопала в одежде, ставшей мне неожиданно на десятки размеров больше.
- Так, - я села под дерево. Любоваться красотами не было ни сил, ни желания. Я все еще пребывала в легком шоке от пережитого. – Это не смешно. Может, я сейчас на самом деле сплю у себя дома?
Я закрыла лицо ладонями и глубоко задышала, пытаясь проснуться. Задержав дыхание, я стала прислушиваться, прошел ли этот бред. Подул прохладный ветер и деревья заскрипели. Я резко распахнула глаза и... все на том же месте. Под деревом.
Сон! Просто сон! Однако когда я ущипнула себя, стало больно.
- Что со мной? – со слезами в голосе обратилась я к псу. Он посмотрел на меня очень умными глазами и вяло вильнул хвостом. – Это должно означать, что ничего страшного, да? А что делать-то дальше?
В ответ пес встал, подошел к соседнему дереву, обнюхал его и... сел на корточки справлять нужду.
- Так ты она! – воскликнула я. Эхо разнесло мой детский голос по лесу. «...Она! Она! Она!..» – Вот это да! «...Да! Да! Да!..» Буду тебя звать Эльба!
Эльба подняла уши и внимательно посмотрела на меня.
Затем вздохнула и подошла к дереву у которого сидела я, и легла рядом. Положив голову на передние лапы, она заснула.
От серебристого дерева, находящегося неподалеку от меня, исходил мягкий успокаивающий свет. Было удивительно тихо, и я почувствовала, что меня тоже начала одолевать дрема. Только бы не было опять погони, никакого бега... Спать... очень хочется.
Я свернулась клубочком около Эльбы и тоже начала засыпать.
В голове начали проноситься какие-то первые картинки, как вдруг разбудил пьянящий аромат мяса на костре. Я вдохнула его всей грудью и открыла глаза. Раз есть готовящееся мясо, значит, есть и те, кто его готовят! Из всех живых существ, умеющих готовить, я знала только людей.
Да и смешно было бы увидеть медведя, или стаю волков, готовящих шашлык.
Я с трудом, из-за неудобной одежды, встала, опираясь на дерево, – Эльба по-прежнему самозабвенно спала – и отправилась по запаху костра искать людей. Было невероятно сложно идти в огромных ботинках, я буквально ступала в них как на лыжах, пытаясь одновременно и сохранять равновесие. Просто не без оснований подозревала, что если упаду, то навряд ли поднимусь без чьей-либо помощи.
Идти к людям было все-таки жутковато. В голове бродили разные неприятные мысли. А вдруг это маньяки, или педофилы, или фанатики, или те парни в дутых куртках. Мало ли на свете уродов!
А если это нормальные люди, то как я им объясню, что я взрослый человек в теле ребенка?! Что вообще со мной случилось?! И, кстати, почему некоторые деревья излучают свет? Вдруг они радиоактивные? На всякий случай я решила держаться как можно дальше от таких деревьев. Хотя наверняка уже и получила смертельную дозу радиации. С другой стороны, будь эти деревья радиоактивными, людей бы тут точно не было. Хотя, кто знает, может там не люди, а какие-нибудь медведи.
Я остановилась, глядя на одно из светящихся деревьев. Оно просто завораживало своей красотой! Как будто тьму разрывала застывшая ветвистая молния. Свет был спокойным, не ослеплял, и вместе с тем было прекрасно видно вокруг.
«Поразительно! – подумала я. – Нам бы в город такие фонари!»
И вновь я почувствовала аромат готовящегося мяса на костре. И вновь последовала по аромату в своих ботинках-лыжах, стараясь не упасть.
Вскоре я увидела, что там, где нет светящихся деревьев, появился красный огонек. К нему я решительно и направилась, насколько позволяли мои огромные ботинки.
Но чем ближе я подходила к костру, тем отчетливей видела человеческие фигуры, и тем более ясно ощущала сомнения. Уже становилось жутковато просто взять и выйти. Я услышала, как кто-то из людей захохотал, затем к этому хохоту присоединились другие.
Я в задумчивости замерла. Похоже, это был чисто мужской коллектив. А вдруг они женоненавистники? Или бандиты, продающие детей на органы.
И все-таки я решила мелкими перебежками от дерева к дереву подобраться поближе и послушать о чем говорят эти люди, а там уже решать, выходить или нет.
Мне удалось подобраться довольно близко, чтобы все как следует рассмотреть. Судя по кольчугам, мечам, поножам, шлемам и другим атрибутам, это были военные средневековья. А может, просто ролевики. Но коленки тряслись. Слишком уж доспехи и оружие у них натуральные для ролевых игрушек. Палатки тоже были сделаны из какого-то непонятного материала, явно не туристического брезента. Чуть в стороне от костра я заметила лошадей. Сколько их, я не стала считать, но то, что много, это точно.
Солдат тоже было много. И оружие было у всех. Какой-то солдат, сидящий ко мне спиной, протирал тряпкой внушительных размеров острый как бритва меч. Другие с заразительным аппетитом рвали зубами жаренное мясо. У меня потекли слюнки.
Выходить к ним я боялась, но лучших идей у меня не было. Сердце бешено колотилось. Хотелось развернуться и убежать обратно в лес. А еще лучше, просто бежать до дома. И не важно, что я вдруг стала маленькой, не важно, что я не знаю, в какую сторону бежать. Только бы домой.
Но тут же в голову закралась гадкая мысль, что, возможно, те парни в дутых куртках поджидают меня с топором. Они явно были не людьми. А здесь были именно люди. И к ним надо выйти. Просто необходимо. Возможно, они смогут объяснить, что здесь происходит, и защитят меня от тех уродов в дутых куртках.
Только я собралась с духом, чтобы выйти к ним, как вдруг кто-то схватил меня сзади за куртку и резко дернул назад. Я, было, заорала во все горло, но только удивленно и довольно тихо вскрикнула: это была Эльба.
- Эльба, ты меня напугала! – зашипела я, в очередной раз поежившись от того, насколько непривычно звучал мой голос. Сердце из пяток начало возвращаться в свое естественное положение. Хотя за последние часы обитание в пятке и было для него естественным положением.
Собака села, заглянула в мои глаза и вильнула хвостом.
- Они плохие, да? – кивнула я в сторону солдат.
Эльба только печально вздохнула, как умеют вздыхать лишь собаки и, высунув язык, задышала.
- Эй, там кто-то есть! – вдруг донесся до меня со стороны привала голос. - Я оглянулась и увидела, что в мою сторону идет солдат, схватившись за меч в ножнах. Сердце в испуге замерло. – Стража, сюда!
Тут же с привала поднялось еще несколько солдат, и они тоже быстро направились в мою сторону. Я ничего понять не успела, как Эльба в мгновение ока схватила меня за куртку, закинула себе на спину и галопом понеслась прочь.
- Стой! – услышала я предупреждающий голос и через миг над ухом просвистела стрела и впилась в дерево. За ней последовал еще град стрел. Я закричала, вцепилась в собаку и изо всех сил зажмурилась, молясь, чтоб какая-нибудь стрела не попала в меня.
Эльба неслась так быстро, что ветер свистел в ушах, однако я могла расслышать крики, гиканье и конское ржание. Открыв глаза, я оглянулась через плечо и увидела, что на фоне светящихся деревьев то и дело появляются силуэты людей на лошадях.
Меня преследовали. Крики, проносящиеся буквально на волосок от меня стрелы, ржание коней, ветер в ушах, - все это превратилось в одно поганое чувство – страх. Я заревела, вжимаясь в собаку, звала маму и молилась всем высшим силам, чтобы стрелы миновали меня и мою спутницу.
Но Эльба очень быстро бежала, даже невероятно быстро для собаки. Она петляла между деревьев, запутывала следы и убегая от прицела, а затем без особых усилий одним прыжком преодолела метра три, не меньше, и побежала дальше.
Остановилась она только у опушки леса, тяжело дыша. Эльба буквально без сил повалилась, и я слезла с нее, до глубины души потрясенная.
Сегодня явно не мой день. Это был самый страшный случай в моей жизни! Меня колотило так, словно я промерзла насквозь, хотя на самом деле тело взмокло от жары.
Понадобилось немало времени, чтобы успокоиться и понять, что мы далеко убежали от преследователей, и не вздрагивать от каждого шелеста.
- Эльба, ты в прошлой жизни, случайно, зайцем-гигантом не была? – спросила я, глядя на собаку. Она ничего не ответила, только жадно ела снег. На душе было тревожно, но я улыбнулась и погладила ее.
- Спасибо тебе, что опять спасла меня, - и помедлив, добавила: - Как ты себя чувствуешь?
Эльба все еще продолжала лежать на снегу, уже не поедая снег, но закрыв глаза. Я почувствовала, что тоже устала, хотя принимала пассивное участие в побеге, и что тоже хочу пить. Так как кроме снега другой воды не было, я начала его есть. Заметно похолодало. Через некоторое время мне стало очень холодно, зуб на зуб не попадал.
Вот тогда я и вспомнила уроки ОБЖ, в которых говорилось, что есть снег опасно не только из-за вероятности заболеть, но и потому, что организм сильно охлаждается и можно замерзнуть. А я еще до этого и вспотела. Я начала пританцовывать, чтобы согреться, но это не помогало. Вскоре меня так трусило от холода, что я даже начала подвывать от боли.
Не хотелось так глупо умирать. Я всхлипнула. Я еще слишком молода для смерти. И тем более такой глупой.
В этот момент Эльба поднялась на лапы и подошла к светящемуся дереву. Погонявшись за хвостом, она вновь легла и заснула. Я, стуча зубами, направилась к ней. Сев, я оперлась спиной на дерево и начала дышать холодным воздухом на руки, зная, однако, что это меня не спасет.
Эльба перебралась поближе ко мне и я ее обняла.
Стало значительно теплее. Я еще крепче обняла собаку и начала засыпать.
Последней моей мыслью перед провалом в сон, была идея, а не найдут ли меня солдаты. А если найдут, то что сделают...
Leave a comment
Засыпая этой ночью, я думала о моем Призраке, размышляя, встречу ли я его когда-нибудь еще, или нет...
Оказалось, что ждать встречи с ним мне было не так уж и долго, этой же ночью...

Сил лезть в душ у меня не было, поэтому я легла спать, не смывая косметику и с прической.
Что я видела во сне, не помню, но проснулась оттого, что мой телефон робко пикнул, сообщая о СМС. Я посмотрела, кто это меня вызывает, однако никакого сообщения не было. Я решила, что мне просто во сне почудилось, и вновь, было, провалилась в него, но писк повторился.
И в этот момент я подумала, а не часы ли на моей шее пищат? Сон как рукой сняло. Я включила свет и посмотрела на циферблат. Ровно четыре утра. Я спала только полчаса. Часы тихонько тикали. Я зевнула, и подумала, чем мне заняться.
Я посмотрела на мое бальное платье, лежащее на столе, и вспомнила о Призраке. Вновь в голове пронеслись ностальгические воспоминания.
Мы сидим на скамейке, он целует меня... Как мне хотелось вновь это пережить! Я закрыла глаза и мечтательно вздохнула.
Спать совсем не хотелось, и я отправилась на кухню, чтобы сделать себе чай. Затем я поставила диск с тихой вводящей в депрессию музыкой, и уставилась в окно, держа в руке кружку.
Тот, кто хоть раз был влюблен, поймет, почему мне все напоминало в тот момент о Призраке. Даже, на первый взгляд, совершенно не связанные с ним вещи, такие, например, как паук за окном, кутающий в паутину комара.
А потом меня неожиданно дернуло пойти на улицу. Да-да, в четыре утра, когда все нормальные люди видят десятый сон.
Я пришла в свою комнату, бросила завистливый взгляд на платье, понимая, что в нем я не смогу выйти. Хотя что греха таить – так хотелось надеть! А достала из шкафа другое платье, более скромное... Правда красивое.
Платье было нежного голубого цвета на тоненьких бретельках с модной имитацией корсета и пышной юбкой чуть выше колен. Подумав, что, может быть на улице я встречу моего Призрака, я надела чулочки и изящные туфельки на невысоком каблуке, так как высокий каблук для меня сродни смерти. Однажды решила прогуляться пешком на высоких каблуках, так у меня ноги отвалились и я пришла домой на руках, неся ноги подмышкой.
Поразмыслив еще немного, я надела кофточку, так как во-первых, комары прожорливые, а во-вторых, на улице было прохладно.
Последний штрих был сумочка с бала, в которую я положила ключи, газовый баллончик и тихо покинула квартиру.
На улице все еще было темно, но вроде как уже на востоке посветлело. Хотя не уверена, так как не помню. Зато прекрасно помню, что на улице не горело ни одного фонаря. И кругом была мертвая тишина. Жутковато. В этот момент я подумала, что уже нагулялась, и мне пора домой.
Любой нормальный человек так бы и поступил на моем месте. Но я подумала, что мне нечего бояться, так как в такую ночь все маньяки-насильники спят, и сделала шаг во двор.
На всякий случай я достала газовый баллончик и была готова применить его в любой момент. Но умиротворяющая тишина полностью успокоила меня, и поэтому я подошла к ближайшей скамейке, села на нее и задрала голову вверх, пытаясь рассмотреть в городском небе, заполненном смогом, звезды.
Люблю я просто так одна сидеть, в тишине и темноте, предаваясь мыслям. И я думала о Призраке, о том, что он самый красивый и обаятельный молодой человек в моей жизни, и как бы я хотела его еще хоть раз увидеть.
- Вам не страшно одной? – услышала я бархатистый приятный голос, принадлежащий мужчине. Такой сладкий, до боли родной голос! Я повернула голову на него и увидела моего Призрака.
Он стоял рядом со скамейкой в черном костюме с черным галстуком и в черных перчатках. Довольно траурно.
Мною овладели радость и удивление.
- Привет, - сказала я, засияв, словно светлячок в брачный период. – Как ты здесь оказался?
- За тобой следил, - хитро улыбнулся призрак.
- Что, правда что ли? – удивилась я, почувствовав какое-то параноидальное волнение.
- Да шучу я, - засмеялся Призрак легким, успокаивающим смехом. – Просто что-то не спится...
- Так ты здесь неподалеку живешь? – обрадовалась я. – Вот так совпадение!
- Судьба, - засиял парень. – Да, неподалеку здесь.
- Круто! – других слов я просто не нашла. – А один или с родителями?
- Один, - бесцветно ответил Призрак. – Они умерли.
- Сожалею, - искренне сказала я.
- Спасибо, - мягко улыбнулся он.
После мы сидели на лавочке и болтали обо всем на свете. Как оказалось, любимой темой призрака была Вторая Мировая Война. Он знал о ней буквально все. Меня никогда не интересовала эта тема, но Призрак так увлеченно и интересно рассказывал, что казалось, он сам в ней участвовал.
Иногда это было интересно, но чаще страшно. Особенно стало противно, когда он начал рассказывать, как фашисты захватили деревню и убили четырехлетнего мальчика только за то, что он испугался и заплакал. Про то, как надругались над девочками и убили беременную еврейку.
Рассказывал про то, как расстреливали молодых русских парней.
А еще рассказывал про молодого немца, который так же участвовал в захвате деревни, но не был фашистом, и как его кто-то предал, и его задержали с поличным, когда он выводил группу мирных людей из оккупированной деревни. Его расстреляли вместе с теми, кто пытался бежать. Глупая и несправедливая смерть.
Что одна девушка, которую он вывел раньше остальных и она спаслась, уже будучи старухой, имея правнуков, до сих пор ходит на его могилу и кладет цветы в знак благодарности.
Слушая этот полный эмоций рассказ, я почувствовала, что проникалась симпатией к тому немцу, а еще все больше хотела поцеловать Призрака, словно это он был тем героем.
Поймав на себе мой пристальный взгляд, Призрак вопросительно глянул на меня. Я покраснела и отвела взгляд.
- Ты очень красивая, - сказал он, проведя рукой по моим волосам. – Лидия.
Я сама притянула его за галстук и поцеловала.
- Ты замечательный, - сказала я, улыбнувшись. – И я... ну... ты мне очень нравишься.
Призрак улыбнулся и покраснел, словно мальчишка, признающийся в любви молодой учительнице.
- Я полюбил тебя с первого взгляда.
После мы прогуливались по Набережной и разговаривали обо всем на свете, хотя как я ни пыталась вызнать у Призрака, кто он и откуда, он отмалчивался.
Ближе к восходу Призрак неожиданно занервничал и сказал, что ему пора уходить, и предложил проводить меня до подъезда. Я уже была очень сонная и легко согласилась на это.
- Мы еще встретимся? – спросила я.
- Как пожелаешь... – загадочно ответил парень, после чего засиял, словно ждал этого вопроса: - Давай завтра вечером, после захода солнца.
- После захода? – усмехнулась я. – Ты что, вампир?
- Нет, - рассмеялся Призрак. – Не вампир. Просто я могу появиться только вечером.
Я ему верила, так как никакого зла от него не исходило и опасностью не веяло.
На прощание он меня клюнул в щеку и быстро побежал в арку, словно Золушка, которая не хочет, чтобы принц ее мечты увидел, как она превращается в тыкву.
Я зевнула и вошла в подъезд. Проспала где-то до девяти, а потом с братом галопом на работу, так как и он и я проспали.
К счастью Толик босс и поэтому я выговор за опоздание не получила.
Вечером, хотя мне очень хотелось спать, я отправилась на встречу с Призраком. На все вопросы брата я лишь кокетливо отвечала: «На свидание», не поясняя с кем и куда.
Я надела красивое легкое платье желтого цвета, сверху кофточку и взяла сумочку, куда положила косметичку и газовый баллончик.
Призрак ждал меня на лавочке у подъезда. На нем был свежий с иголочки траурный костюм, как и в прошлый раз. Черт возьми, до чего же он был красивым, несмотря даже на свой похоронный вид!
- Привет, - сказала я, подойдя к Призраку. – Как дела?
- Нормально, - неопределенно высказался он. – А твои как?
- Тоже неплохо. Сегодня на работу опоздала, но все равно все отлично.
- Очень рад слышать. Прогуляемся? – предложил он, и подставил мне свой локоть. Я взяла его и мы пошли на Набережную.
На Набережной было полно народа, в том числе и моих друзей, которые пили пиво. Увидев меня, они позвали меня, но я только рукой махнула, мол, некогда мне, я с парнем гуляю.
Так продолжалось несколько вечеров. Пока Вера в один из выходных дней, сидя у меня дома, не спросила, чего это я одна болтаюсь по набережной, и совсем перестала с ней общаться.
- Как одна?! – искренне изумилась я. – Я же с парнем гуляю!
- С парнем?! – искренне изумилась Вера. – Ты все время одна мотаешься по набережной, правда, с такой миной, будто и правда гуляешь с кем-то, от кого без ума.
Я рассмеялась, решив, что Вера шутит. Подруга тоже облегченно засмеялась, решив, что я шучу, но тут я с улыбкой спросила:
- Ну а правда, как он тебе? Мы познакомились на балу.
Улыбка сползла с Вериного лица.
- Лида, ты больная. У тебя крыша поехала.
Теперь я не на шутку испугалась. Вера не умела врать, и на ее лице был написан искреннее волнение за меня.
- Я пошутила, - сказала я, чувствуя, что лицо от страха покрылось белыми пятнами. Кто такой этот Призрак?
- Ну и шуточки у тебя, - укоризненно заметила подруга. – Ты больше так не шути. Пойдем бухать сегодня?
- Мне что-то не хочется, - глядя в пол ответила я. Вспомнился тот странный тревожный шепот, когда я поцеловала Призрака.
В голове начали проноситься разные страшные мысли, что это какой-нибудь сектант, гипнотизер или маньяк-извращенец. Но почему тогда его видела только я?! Я что, и правда сошла с ума?
Я вспомнила, как хотела сходить с Призраком в кафе, но он с улыбкой покачал головой, сказав, что не может этого сделать. Когда я стала спрашивать почему, он только ответил, что на то есть серьезные причины, но он пока не может сказать, какие.
Может он и правда какой вампир? Ведь, как по легенде известно, вампиры не заходят туда, куда их не приглашают.
Да ну, ерунда какая-то! Я просто сошла с ума! Ведь тогда на озере я увидела какую-то тень, и русалку. Да, я просто начала сходить с ума. Ура.
- Ну так что, пойдем? – донесся до меня голос веры.
- А, да, - чисто на автомате сказала я, не понимая, о чем речь.
- Ну и отлично! – засияла она. – А то ишь выдумала дома сидеть! Скоро учеба, фиг так отдохнешь.
- Куда это я согласилась? – не поняла я.
- Пиво пить, - рассмеялась подруга. – Нас тут вот такие обалденные красавчики пригласили. Ты что, не слушала?
Вера рассталась с Дэном, оставшись с ним в дружеских отношениях, и, не теряя времени, начала подыскивать себе нового бой-френда.
- Да слушала, - соврала я. – Просто что-то голова отказывается варить.
Соглашаясь идти с другими парнями меня кольнула совесть и страх. А что, если мой невидимый собеседник разозлится и поубивает всех? Хотя...
Я пошла. На всякий случай я надела джинсы и топик, а не юбку. Мало ли какими пошляками окажутся эти красавчики.
Но парни оказались действительно красивыми. И с прекрасным характером. Высокие, поджарые, их было двое: голубоглазый брюнет и сероглазый рыжий. Вера тут же стала окучивать брюнета, а я, скучая, пила пиво, сидя с рыжим. Парень был очень, очень красивым. Ему только не хватало острых ушей, чтобы быть похожим на эльфа, да сияния вокруг.
Он пытался со мной поговорить, но я никак не шла на контакт, глядя поверх него за окно на улицу, со страхом ожидая увидеть лицо моего Призрака.
- Что ты там высматриваешь? – поинтересовался Дима. Именно так звали моего нового знакомого. И оглянулся.
- Да просто смотрю, как мальчишки на велеках гоняют, - соврала я.
- Ясно, - улыбнулся парень. – Я, кстати, тоже люблю велосипед.
- Правда? И я!
Так у нас завязался разговор. Я выпила бокал пива, затем еще один и еще. В итоге чувство времени улетучилось, и я не заметила, как солнце закатилось за горизонт.
Вскоре Вера предложила выйти на улицу покурить. Наедине. Без парней. Ибо ей надо было мне кое-что сказать.
Как оказалось, она решила мне поведать, что мы с Димой просто идеальная пара, что мне необходимо с ним встретиться еще раз. Я же сказала, что подумаю над этим и...
Я увидела, что неподалеку, прислонившись к дереву, стоит мой Призрак. Сердце радостно екнуло, и я сказала, что мне надо недолго побыть одной. Вера согласилась, решив, что пока пойдет в кафе и будет ждать меня там.
Только она ушла, как Призрак подошел ко мне.
- С парнями пиво пьете? – поинтересовался он.
- Эээ, да, - немного волнуясь, подтвердила я. Честно говоря я опасалась, что Призрак сейчас пойдет убивать Веру и парней. Однако мои опасения были полностью опровергнуты. Он лишь как-то вздохнул, словно прочитав мои мысли.
- Думаю, пришло время рассказать тебе, кто я.
- О, отлично, валяй, - дала я добро.
- Я призрак.
- Я не верю.
- Но это так.
- Ага, а по-моему ты просто глюк. А я схожу с ума.
- Нет, с ума ты не сходишь, - заверил меня Призрак. – Просто ты обладаешь даром, благодаря которому можешь видеть мертвецов.
- Ну да?
- Да, - очень сурово кивнул Призрак. – Помнишь, я рассказывал про молодого немца, который был убит своими же «товарищами»? Этот немец – я. Зовут меня Герберт Иоганн Фольц, расстрелян 17 августа 1944 года, за то что заступился за невинного человека, и таким образом пошел против неоправданной жестокости «своих». Но лучше зови меня Призрак, так как если будешь звать по имени, нам когда-нибудь будет тяжелее расстаться.
- Если ты немец, что ж ты так идеально разговариваешь по-русски? – съехидничала я.
- Поживи ты без малого шестьдесят лет в чужой стране, и на китайском научишься говорить. Кроме того, после естественного срока, отведенного природой, а не людьми, души познают все языки в равной степени. Я правда призрак. Мертвые не врут.
Я молча слушала. В голове не укладывалось такое.
- Одних слов мало, - возразила я. – Если ты призрак, ты можешь пройти сквозь что-нибудь?
- Не сейчас, - покачал он головой. – Сейчас я практически плотный. Но... Можешь попробовать дать мне что-нибудь подержать.
Я тут же сняла с плеча сумочку и попыталась повесить ее Призраку на руку, которую он услужливо протянул. Сумочка упала, пройдя сквозь нее. Мои глаза округлились.
- Кроме того, я не отбрасываю тень и не отражаюсь в зеркале, - продолжал он. Затем встал в свет, отбрасываемый фонарем, и тени действительно не было.
- Ты правда мертвец?! – ужаснулась я и шарахнулась от Призрака, словно... кхм... от мертвеца.
- Ну да, - невозмутимо подтвердил мой визави. – Но как видишь, я осязаем для тебя, как почти из плоти и крови.
Мои глаза округлились от ужаса, я почувствовала сильнейшее отвращение, представив, как целовалась с холодным разлагающимся трупом, в губах которого копошатся белые короткие червячки.
Призрак прочел это на моем лице и покачал головой.
- Нет. Все не так. Выслушай меня, - он говорил довольно взволнованно, на его щеках разыгрался румянец, а глаза блестели так, словно он был обычным парнем, которому возлюбленная отказала в браке, и этим разбила сердце. Выглядел он очень живым.
Может, именно поэтому я не кинулась от него бежать.
- Да, мое тело действительно умерло, но не душа; она, душа, жива. И я не труп, вылезший из земли. Закопали мое тело, но я ни разу не был под землей, я наблюдал свои похороны со стороны, когда меня выбило из моего тела, и с того момента я больше никогда не возвращался в себя. Эта оболочка, - он дернул себя за костюм, - Видима лишь только для тебя и ощутима только для тебя.
- П... почему?
- Я не знаю почему.
- Поч...му я? – неожиданно язык стал восковым и еле ворочался, а сознание отказывалось придумывать сложные предложения. Но Призрак опять понял, что я имею в виду.
- Пять лет назад, когда я впервые тебя увидел на кладбище, я испытал смешанные чувства. Раньше, когда я был так сказать нормально живым, еще до того, как меня отправили на фронт, я любил девушку, ее звали Лидия, как тебя, и она была как две капли воды похожа на тебя. И я подумал, может ты и есть она, только переродившаяся. И я последовал за тобой до твоего дома. Но так как ты меня не приглашала домой, я не мог войти и ждал тебя всегда внизу... Я стал по сути твоим другом и ангелом-хранителем, и был счастлив, узнавая тебя все больше и больше. Ты очень похожа на ту Лидию, которую я знал, будучи живым.
Я слушала его, открыв рот, и не смея верить, что это правда. Но мертвые не умеют лгать, это известно всем, и поэтому мне приходилось принимать то, что он говорит.
- Приняв на себя обязанности твоего Ангела-хранителя, - продолжил он, - я отводил от тебя много несчастий...
- Призрак, - неожиданно перебила его я. - Если ты стал моим Ангелом-хранителем, то что, у меня раньше не было вообще что ли никаких ангелов за плечами?
- На самом деле и правда нет у людей личной крыши в виде серафима, который закрывает тебя от пуль... Просто вокруг людей существует сияние, которое отпугивает нечистую силу и защищает от несчастий, которые она любит подстраивать, чтобы побыстрее перетянуть в мир иной, и там уже иметь большую власть над душами. Так же и с людьми. Если твое сияние слабее чем их, они могут попытаться напасть на тебя и устраивают козни. А я, будучи твоим Ангелом-хранителем, находясь рядом с тобой, усиливаю твое сияние своим, и поэтому последние пять лет тебе стало намного легче жить...
Я тут же вспомнила, что действительно, пять лет назад, мне жить было гораздо тяжелей. Я часто болела, мне постоянно во всем не везло. Ни в лотерее, ни в любви, не в дружбе. Жизнь в школе была адом.
Но неожиданно, после похорон бабушки, жизнь резко забила ключом. Бабушка перед смертью благословила меня. Получается, своим благословением она подослала ко мне Ангела-хранителя в лице Призрака, которого я стала видеть и полюбила? Вот это поворот событий! Но мне он, признаться, нравился.
- Я поняла, - сказала я. – Но почему я вижу тебя? И почему только ночью?
- Не знаю, - сказал Призрак. – Но первый раз ты увидела меня в лесу... Извини, что тогда так напугал тебя... И, - поймав мой испепеляющий взгляд Призрак попятился, - я не подглядывал как ты тогда писала, честное слово! Помни, мертвые не врут!
Я облегченно вздохнула.
- На первый вопрос, я, надеюсь, ответил? – спросил мой Хранитель. – Тогда переходим ко второму. Только после захода солнца души могут приобретать более-менее физическую оболочку. С восходом же мы превращаемся в небольшой невидимый шар. Сгусток мыслей, жизни и эмоций... Если мы умираем естественной смертью, то можем отправиться в Мир Иной, или же занять очередь на повторное рождение, или же стать чьим-нибудь ангелом-хранителем, или же стать духом Природы. Можно попутешествовать на другие обитаемые планеты, они и правда существуют. Вариантов море.
- А откуда ты знаешь?
- С другими душами поговорил, да и как-то само пришло озарение после смерти.
- И ты решил стать моим Ангелом-хранителем? – засияла в догадке я.
- Честно говоря пока мой смертный час еще не пришел, - ответно засиял Призрак. – И я пока вынужден мотаться по земле, ожидая, когда и для меня засияет свет в Мир Иной. Я не знаю, какой путь выберу после смерти, не обижайся. Может, останусь с тобой, а может, уйду на покой.
Я сильно расстроилась, услышав эти слова. Выходит, я не важна для Призрака?
- Но я счастлив служить тебе! – тут же успокоил меня он. – И я люблю тебя, как друга, как подопечную, как свою половину... Вообще сложно объяснить, как и насколько сильно я тебя люблю... Будучи душой, мне пофиг на плотские утехи, гораздо важнее и ценнее платоническая любовь. Но поверь, я не буду ревновать, если ты полюбишь другого и выйдешь за него замуж.
Не знаю, зачем он это тогда говорил. Может, мертвецам известно будущее? Не забывайте, рассказ идет о прошлом, и я описываю свои прошлые эмоции и мысли. Благо что помню все как сейчас.
- В любом случае для меня ты настоящий друг, - сказала я и обняла Призрака.
Он обнял меня в ответ. Я зарылась носом в его одежду и учуяла приятный аромат сосновой смолы и хвои.
- Слушай, а ты можешь у меня в квартире становиться плотным?
- Эээ, нет. Меня убили на улице, и поэтому я могу быть плотным только на улице.
- А как же тогда, на балу? – вдруг вспомнила я.
- Ну, один раз в год, в день своей смерти я могу оставаться плотным в любом месте... Только какой толк, если я невидим?
- Ну я же тебя тогда увидела, - улыбнулась я, еще крепче обнимая Призрака. – Слушай, у нас с тобой все так идеально... Может, чтобы мы были вместе, мне тоже умереть?
- Ты что, дура?! – воскликнул парень и, схватив меня за плечи, встряхнул. – Ты знаешь, что бывает с самоубийцами и убийцами?
- Нет, - испуганно пискнула я, увидев, какими страшными стали глаза любимого.
- Лучше и не знать. Самоубийцы становятся проклятыми. И каждую ночь раз за разом переживают свою смерть или видят, как убивают себя другие люди. День за днем, час за часом они испытывают страшные страдания. И только раз в полтысячи лет им дается шанс искупить свой грех. Упущен шанс – еще полтысячи лет мук. Убийцы же находятся всю послежизнь в реке Скорби, страдая в ней, пропуская через себя всю боль человечества и не имеют права искупить свои грехи. Так что не смей думать о самоубийстве! Равно как и о убийстве.
Я молча прикусила губу.
- А как же люди, что были на войне? Им волей-неволей приходилось убивать, - возразила я, с ужасом представляя, как мой прадед плачет после смерти, сидя в реке Скорби. И это после того, как он защищал Родину, мое будущее и будущее моих детей!
- То другое. Можно убить, защищаясь, или спасая жизнь. Но то, о чем ты помышляешь – прямая дорога в ад!
После этого случая я по сей день не помышляю о самоубийстве.
- Слушай, меня там ждут, пойдем со мной?
- Ну, хорошо, - сказал Призрак. – Я все время рядом с тобой и оберегаю тебя от бед, только в доме я невидимый и бесплотный.
- Это ничего, - махнула я рукой. – Главное, что ты со мной всей душой. И рада, что у меня такой чудесный Ангел-хранитель.
Я развернулась и направилась в кафе. Призрак шел рядом. У входа он остановился, пропуская меня первой, я улыбнулась ему и зашла внутрь. Оглянувшись, я уже не видела Призрака. Тихо прошептав ему «пока», я направилась к компании и села за стол.
Несколько месяцев я каждый вечер после захода солнца выходила на улицу и разговаривала с Призраком. С ним всегда было о чем поговорить, нам всегда было интересно вместе, и иногда я даже забывала, что он лишь душа одного прекрасного молодого немца, который очень хорошо разговаривал по-русски, потому что уже почти шестьдесят лет жил в России.
Моя история уже подходит к концу.
Напоследок расскажу еще один забавный случай, который произошел со мной, когда я октябрьским вечером гуляла с Призраком. Неожиданно он стал очень серьезным, ушел в себя, а после начал что-то говорить по-немецки. Я заволновалась и взяла Призрака за руку.
- Иоганн, что случилось? – мягко поинтересовалась я. – Я не понимаю по-немецки.
Однажды он пытался меня обучить немецкому, так как я его об этом просила, но мой интерес к языку быстро угас.
- Прости, я ругался, - ответил Призрак. – Какие-то уроды на моей могиле устроили оргию.
- Как?! Откуда ты это знаешь?
- До отведенного мне часа я связан с телом, и поэтому не могу покинуть этот мир, и чувствую все, что происходит рядом с ним, ну, в смысле, с телом. Эти уроды надругаются над моей могилой! Кроме того, сейчас середина октября, и они себе могут жопы отморозить! А, что делать?!
Наверное это очень неприятно, когда на твоей могиле кто-то совокупляется. Это, наверное, как когда в кровати спишь, и тут сверху на одеяло, под которым ты лежишь, забирается пара, и, не обращая на тебя внимание, устраивает безобразие.
- А зачем они это делают? – недоумевала я.
- Думают, что я им дам силы. Или что-то в этом роде. Но это не так! Какую я могу им дать силу?! Отстегнуть своего сияния, прикрыть срам? Да нафиг мне упали эти безобразники!
Призрак и правда заговорил как восьмидесятипятилетний. В прочем, ему и правда было столько.
- Давай я их прогоню! – решительно сказала я. – Ты мне столько добра сделал, пора и мне отблагодарить тебя. А то я даже спасибо не говорила. Кстати, спасибо.
- Не за что, - улыбнулся парень. - Не хотел я тебе говорить, где моя могила, но все же. Я похоронен на Ленинском кладбище, а там сам покажу, как дойти.
Я быстро поймала такси и приказала водителю, больше похожему на бодибилдера, ехать. Призрак растворился в воздухе, едва забравшись на заднее сиденье. Я не видела как это произошло, потому что он попросил меня не смотреть, ибо боялся напугать.
- А деньги есть? – мрачно осведомился таксист, почесывая бритый затылок.
- Есть, на две сотни, - протянула я деньги, и таксист погнал.
- А че ты на кладбище забыла? – спросил он, оглядывая мой далеко не готичный прикид: розовая курточка, светлые кожаные сапожки, голубые джинсы.
- Каких-то осквернителей иду бить. На могиле моего друга оргию устроили.
- Ты че, больная? Не связывайся с ними. Может это какие фанатики.
- А что такого, они же обычные люди. Только слегка свихнувшиеся.
- Вот именно свихнувшиеся.
Судя по всему таксист всякого в жизни навидался.
- Да ты не бойся, мужик, я мертвецов вижу, они мне и помогут, - весело промолвила я, и, судя по всему, таксист испугался меня.
- Так значит ты своему мертвому другу дверь открывала? – покосился на меня водитель.
- Ага, - бодро подтвердила я.
- И он сейчас сидит на заднем сиденье?
- Неа. Он растворился, едва захлопнулась дверь. Его убили на улице, и поэтому он остается плотным только на улице.
- Девушка, а может лучше вас отвезти в больницу? – дружелюбно предложил таксист.
- Не, я туда поеду после того, как разберусь с осквернителями могил. Кроме того я забыла свой полис дома. А кто будет меня бесплатно лечить без полиса?
Честно говоря, я веселилась от души. Этот водитель был косой сажени в плечах, но при этом такой пугливый, что меня так и подмывало его попугать. Чем я и занималась.
Он остановил у кладбища, и я вышла.
- А вы не сможете подождать, пока я вернусь? – спросила я. Однако водитель уже нажал на газ и смылся.
- Ну что? – услышала я рядом с собой родной голос. – Пойдем? Аль боишься?
Однако я стояла, веселясь от всей души.
- Такой здоровый дядька испугался такую овечку как я, - тихо хихикала я.
- Честно говоря он обладает гиперчувствительностью, и поэтому и правда испугался. Но не тебя, а меня.
- В смысле? Как это?
- Есть люди, которые обладают особым даром чувствовать, а иногда, как ты, и видеть покойников. Практически все младенцы им обладают, но со временем этот дар притупляется, а то и вовсе проходит. Но этот таксист обладает практически младенческой чувствительностью.
Я вспомнила одного младенца, с которым гуляла моя соседка, и то, как он пристально смотрел на Призрака, когда я еще не знала, что он призрак. И то, как Призрак подошел к малышу и начал с ним агукать, а ребенок аж визжал от радости, чем сильно озадачил соседку.
Я рассказала о том что вспомнила и он засмеялся.
- Дети и животные меня любят, потому что никогда им зла не делал.
Мы шли по кладбищу и тихо переговаривались.
- Почему же ты пошел воевать?
- Это было не мое решение, а приказ, - вздохнул Призрак. – О, привет, Петр Алексеевич!
- Здорово, Ваня, - поздоровался какой-то полупрозрачный пожилой толстячок в очках и жилете. – Куда путь держишь?
- Здрасьте, - сказала я, сильно испугавшись увиденного зрелища. Мой-то Призрак был похож на живого человека, не то что этот старичок.
- Да могилку навестить, - между тем отозвался мой Ангел-хранитель. – Лида, он тебя не видит, - добавил он.
- Кого это я не вижу? – спросил Петр Алексеевич, протирая кончиком жилета очки.
- Да подруга моя, - уклончиво ответил Призрак. – Как дела?
- Вот пришел жену встречать, - весело отозвался старый призрак. – Уже меньше чем через полчаса ей сорок дней, и мы вместе полетим домой.
- А, ну удачи!
Мы двинулись дальше, а старичок сел на свою могилку и затянул какую-то веселую песню, словно и не умирал никогда.
- Афигеть! Ты даже усопших видишь! – изумился Призрак.
Я поняла, что он имел в виду. Усопший – это тот, кто прожил свой век. Призрак пока что не был усопшим.
Честно говоря, когда я ехала в машине, я боялась, что буду видеть множество усопших людей, но оказалось, что Петр Алексеевич был единственным призраком, которого я увидела на кладбище. Ну, не считая моего...
- А почему он меня не видел? И почему он прозрачный?
- Потому что усопшие после сорокового дня теряют способность видеть живых, это раз. А видела ты его, потому что, скорее всего, он тебе приходится каким-то близким кровным родственником, это два.
Вскоре мы подошли к месту, где какие-то уроды устроили свой сеанс. Не знаю, готы это были или сатанисты, но ничего хорошего они явно не собирались делать.
Не знаю, что они за обряд там проводили, но четыре человека стояли по краям могилы с факелами, а двое других занимались сексом на красивой ухоженной могиле с мраморным надгробием.
- Не, ну не оборзели ли?! – закричал Призрак и попытался схватить камень, чтобы швырнуть его в вандалов. Но, разумеется, у него ничего не вышло.
Люди его крика не услышали.
- Что мне сделать? – спросила я, наблюдая за зрелищем. Честно говоря, выглядело это несколько извращенно, но в то же время возбуждающе. Но меня жутко разозлило, что они смеют осквернять могилу одного из моих лучших друзей!
- Эй вы! – закричала я сектантам (так как я не знала, кто они, то решила называть их так), подбирая с земли камень и швыряя его в людей. Вы что удумали?!
В тот же момент ко мне откуда-то из ниоткуда подбежала пара людей в черных балахонах и схватили меня. Я взвизгнула от испуга, но в тот же момент получила, как говорится, по морде.
- О боже, - тихо пискнула я.
- Не смей упоминать его! – зашипел какой-то особо мерзкий голос. – Еще раз скажешь, и убью!
- Лида! – испуганно вскрикнул призрак и принялся изо всех сил молотить руками и ногами сектантов. Но бесполезно. Прикоснуться к нему могла только я. Равно как и он до меня.
- А! Точно! Призрак, толкай меня! – осенило меня. – Ты можешь!
В тот же миг Призрак вытянул руки и, разбежавшись, толкнул меня. Я по инерции толкнула державшего меня человека, и тот упал. Я упала сверху на него и тот издал предобморочный хрип.
Затем Призрак без труда поставил меня на ноги. Ко мне побежали другие люди, и я решила, что мне конец, но мой друг схватил меня и поднял над землей сантиметров на двадцать. Сектанты остановились, не веря своим глазам.
- Лид, ты ничего не ела? – спросил меня Призрак. И не дожидаясь ответа начал меня раскручивать, все ближе и ближе подходя к сектантам.
Люди испуганно закричали и попятились. А я, поняв, что меня начинает тошнить, попросила Призрака остановиться и не отпускать меня.
Стоял он на ногах твердо; в отличие от меня у него не было слабого вестибулярного аппарата, так как он был всего лишь духом.
Я вытянула вперед руку, указывая на людей.
Кстати, любовники уже не на могиле лежали, а испуганно прятались за других. К слову сказать все сектанты сбились в одну кучу и затравленно смотрели на парящую над землею меня.
- Вы! – превозмогая головокружение, сказала я громко, гневно и, надеюсь, красиво. – Как вы, жалкие твари посмели осквернять не принадлежащие вам могилы своим постыдным актом?! Вы! – могу я сказать что-нибудь о проклятии? - шепотом спросила я у Призрака. Тот тиха сказал «да». – Вы! Да будьте вы прокляты! Будьте вы импотентами и фригидными до тех пор, пока не завяжите с постыдными делами!
Только я это сказала, как кругом все озарила вспышка и с громким треском молния ударила рядом с сектантами. Те заорали и кинулись удирать. Я же круглыми глазами смотрела на место, куда она ударила, соображая, как такое случилось.
- Лида, что это было? – первым заговорил Призрак.
- Я не знаю, я думала это ты...
- Это не я.
- А кто?
- Ты.
- Я?
- Да.
- Но как?!
- Не знаю. А может нам просто подыграла природа.
Как бы там ни было, но мы победили. Я быстро привела могилу Призрака в порядок, постояла, и затем направилась домой. В этот раз я поймала машину с более дружелюбным и разговорчивым водителем, который к тому же терпеть не мог шансон.
Ночью я спала плохо, и проснулась ближе к вечеру, пропустив учебу.
Как только зашло солнце, я вышла на улицу и увидела отчего-то очень опечаленного Призрака.
Он сидел как всегда в своем траурном костюме, уже в шляпе и плаще, так как на улице было довольно холодно и моросил мерзкий дождь.
- Призрак, Иоганн, что с тобой? – встревожено спросила я. – Неужели вандалы что-то сделали с твоей могилой?
- Нет, – мрачно ответил Иоганн. – Просто сегодня утром я перестал чувствовать связь со своим физическим телом, - он поднял на меня глаза и я увидела в них грусть, смешанную с счастьем. – Прошло мое время пребывания на земле... Я пришел попрощаться.
- Ты бросаешь меня?! – я отказывалась в это верить.
- Нет. Я решил стать твоим Хранителем. Но отныне ты не сможешь видеть и чувствовать меня. Я просто буду усиливать твое сияние, и отгонять от тебя зло.
Слезы душили меня и перемешиваясь с каплями дождя падали на плащ Призрака. Я всхлипнула и обняла его. Он погладил меня по волосам.
- Я всегда буду с тобой. Только в несколько ином состоянии, нежели сейчас.
- Но я же видела того дедка, - вдруг с надеждой вспомнила я. – Может, и тебя увижу?
- Он был твоей кровной родней, - вздохнул Призрак, поэтому ты могла увидеть его. А я... я лишь родной тебе по духу, но не по крови... Прости.
- Это не твоя вина, - успокоила его я, решив принять его уход как неизбежность. – Слушай, если ты станешь моим Хранителем, то это значит, что ты будешь видеть все, что я делаю? И в том числе такие вещи как хождение в туалет и ковыряние в носу и пуканье?
- Эээ, ну, я буду видеть только то, что ты сама захочешь, чтоб я видел и знал, - улыбнулся Призрак, обняв меня. – Я люблю тебя, Лида.
- Я люблю тебя тоже, - сказала я, и приблизилась к его губам, чтобы поцеловать.
- Нет! Нет! Не надо! – опять я услышала те тревожные голоса над ухом, которые слышала в первую нашу встречу.
Я остановилась.
- Ты слышишь? – я посмотрела на Призрака.
- Эээ, что?
- Ну, голос. Он говорит, что тебя не надо целовать. И он очень напуган. Точнее, они.
Призрак резко выкинул руку и что-то схватил. Его глаза горели холодной яростью. Он начал что-то трясти, и я уже слышала не предупреждающий голос, а какой-то противный хрип.
- Ах ты мерзкое отродье! Он поднял что-то невидимое над головой. Паранойя сраная! А ну прочь от моей девушки! И не смей к ней больше подходить!
Что-то мерзкое, что вызывало страх, кричало, и, похоже, пыталось оцарапать Призрака. Но у него царапины мгновенно исчезали. А порванная одежда мгновенно восстанавливалась.
Я по этому невидимому сиганула кулаком и оно замолкло.
- Что это? – спросила я, озадаченно глядя на руку, которую Призрак не разжимал.
- Да так, мерзкое отродье зла. Дух, вызывающий паранойю. Может говорить на несколько голосов и постепенно сводит с ума. Заберу его с собой в Мир Иной, чтоб больше не доставал тебя.
- Спасибо, - сказала я. – Вот уж не думала, что психическое заболевание вызывает дух... Хотя теперь я готова во все поверить.
Мы еще долго сидели под дождем, я замерзла и продрогла, но мне было все равно, так как сегодня в двенадцать ночи исчезнет мой друг.
Я его поцеловала, и он был реален, и я просто решила думать, что он уезжает в другую страну.
Я посмотрела на часы. Была половина двенадцатого.
- Ты скоро уйдешь, - с горечью сказала я.
- Точнее перейду в другое состояние, - поправил он. – Но выше нос! Я буду с тобой! А однажды мы обязательно снова увидимся.
Я обняла его и заплакала. А он прижал руку к моей груди, слушая удары моего сердца.
А потом он стал прозрачным, бесплотным и вскоре на моих глазах превратился в крошечный сияющий шарик, который быстро растворился в воздухе, а воздух наполнился какой-то свежестью и нежным перезвоном колокольчиков.
Это было так красиво, что я больше не хотела плакать, и чувство одиночества просто исчезло. Я пришла домой, переоделась в теплую одежду, и пошла на кухню пить чай.
Пожалуй, это было мое самое романтичное приключение из всех.
Но были и другие, не менее интересные и увлекательные. Об этом в следующий раз.

Кстати, я сходила в архив, и выяснила, что Резников Петр Алексеевич, которого видела в прошлый раз на могиле, и в самом деле двоюродный брат моей бабушки по папиной линии.
Leave a comment
День прошел в радостной суете. Я забежала в ателье и взяла свой костюм и костюм брата.
Затем в салон на маникюр, педикюр макияж и прическу. Мы хотели вызвать весь этот персонал на дом, но почему-то все выезды во всех салонах были расписаны на месяц вперед.
Сама мысль о том, что скоро я буду на маскараде в элитном клубе, среди сливок общества, поднимала мое настроение до седьмого неба.
Платье, спрятанное в непрозрачный чехол, очень интриговало брата. Он все время ходил вокруг него, словно лисица вокруг винограда, и пытался выведать у меня, какое оно.
Я только молча улыбалась, полностью понимая брата. Мне самой не терпелось надеть платье. Да и посмотреть на брата в гусарской одежде тоже очень хотелось. Он ведь тоже идет в салон, и его там наверняка преобразят. Как-нибудь уложат эти длинные локоны (у меня вся родня с маминой стороны кудрявая), может еще что сделают. И я ну никак не могла представить своего брата в образе гусара.

Толя, как я говорила, решил быть гусаром, а я – прекрасной принцессой.
Мы с братом договорились не видеть друг друга до приезда в клуб, и поэтому даже не знали, как мы будем выглядеть в своих прикидах. Это мы уже узнали непосредственно в клубе.
Мне специально на заказ сшили роскошное бальное платье, все такое воздушное светло-светло-голубого цвета с нежно розовыми цветками по талии и линии груди.
Я его надела уже непосредственно в салоне, когда мне сделали маникюр и педикюр. Платье было с корсетом, который довольно сильно сдавливал меня, и первое время с непривычки я даже боялась дышать, так как мне казалось, что корсет не выдержит и лопнет. Наивная! Знала бы я, что мне придется в нем даже бегать!
У меня длинные волнисто-кудрявые волосы, довольно непослушные. Мне их укладывали, наверное, часа три. Зато как красиво! Волосы были распущены, но при этом как-то так необыкновенно уложены, все мои завитки лежали в таком идеальном порядке, и среди них мерцали блестки, словно звезды в ночи. Макияж был незаметный, словно невидимый, но и он меня преобразил. Из обычной милой девочки-подростка я стала настоящей красавицей.
Кстати, насчет часов, которые я так и не смогла снять. Каким-то непонятным образом они очень подошли в стиль к моему наряду, и ничуть его не портили, а наоборот – даже добавляли свою изюминку. Золотой металл словно посветлел и стал как платиновый, идеально гармонируя с платьем.
Когда я вышла из салона со своей прической, в роскошном платье и продефилировала к такси марки черный БМВ, люди кругом замерли в изумлении. По правде говоря, я себя чувствовала неловко, словно была диковинным зверем в зоопарке, на которого пораженно пялились.
Водитель, одетый в футболку и шорты, помог мне забраться в машину, ибо сделать это самой в таком платье крайне тяжело, и завел двигатель.
- Куда едет столь прекрасная принцесса? – кокетливо поинтересовался он.
- На бал, - ответила я, заметив, что в этом платье даже тон голоса изменился, стал более манерным и полным достоинства. – В клуб «Сердце рыцаря».
Водитель завел машину, и мы поехали. Я радостно зажмурилась и запищала от восторга. Кто бы мог подумать, что это происходит со мной!
- Это мой первый выход в свет, - с детской гордостью похвасталась я. – Правда здорово?
- Конечно! Первый раз всегда запоминается, – добродушно, но как-то двусмысленно заметил водитель. – Вы с молодым человеком идете на бал?
Я как-то сразу почувствовала, что водитель пытается вызнать, свободна ли я. Но мне он просто не нравился, так как был не в моем вкусе.
- Да, - честно сказала я, умолчав, что это мой двоюродный брат.
- Повезло ему встретить такую красивую девушку.
Я заулыбалась, но промолчала. Не привыкла я к комплиментам. Но в таком платье с такой шикарной прической мне просто обязаны сыпать их.
Остаток пути мы проехали молча, слушая Энигму. Это было довольно странно, так как водители почему-то предпочитают в большинстве своем шансон.
Я достала из крошечной сумочки-мешочка сотовый и позвонила брату.
- Уже подъезжаешь? – раздалось из трубки. – Я тоже скоро буду, если что – подожди.

И вот он! Клуб «Сердце рыцаря» - самый элитный клуб города, смотрящий в небо острыми башенками.
Клуб своим дизайном походил на роскошный готический замок, и был огорожен забором, изображающим неприступную стену. Никаких пафосных и гротескных вывесок у клуба. Только небольшая, но очень стильная табличка над воротами, оформленная на средневековый манер.
Машина остановилась. Дверь открыл портье, я кое-как выбралась из такси, отдав водителю деньги за то, что меня довезли до места назначения, и огляделась.
Неподалеку от клуба была парковка, и подъезжали еще автомобили, из которых выходили люди, одетые так же в роскошные наряды.
Я еще раз позвонила Толе, и узнала очень много нелицеприятного о пробке на дороге, в которую он попал.
Я прошла к воротам. У них стояли два вышибалы-близнеца в стилизованной под клуб форме. Я достала из сумочки приглашение, и вышибалы меня пропустили.
Странно, почему все эти мордовороты на одно хмурое, но ужасно смешное лицо?
Без брата мне не хотелось заходить внутрь клуба, так как я очень хотела зайти с ним под руку туда, и я решила прогуляться по саду, где тоже гуляли разодетые для маскарада люди.
Были оригинальные наряды, и не очень. Вот прошла пара, изображающая скелетов. Потом еще пара скелетов. Деловито прошел Тарзан в леопардовой шкуре, держа под руку девушку-Пантеру. Я увидела Гомеса Адамса, осыпающего поцелуями руку Мартиши Адамс. Каждый играл свою роль.
Я увидела девушку-яблоко и девочку лет четырнадцати, одетую как куколку. Прошла группа волшебников в мантиях и с волшебными палочками. Меня поразила Смерть с косой и маской-черепом. Жуткий костюм. Но оригинальный.
Были клоуны, разные животные, привидения, было много гусаров. Были и прекрасные принцессы с коронами (но мне мой костюм нравился больше всего; и еще я была без короны).
Я села на скамейку и начала искать в сумочке сигареты. Пока брат выберется из пробки, я успею покурить.
Только я прикурила, как услышала позади себя деликатное покашливание. Я обернулась и встретилась глазами... нет, не с Толей. С каким-то мужчиной в плаще и маске на пол-лица, точь-в-точь как у Призрака Оперы.
- Здрасьте, - растерянно буркнула я, держа сигарету.
- Разве ты меня не узнала? – поинтересовался незнакомец. У него был мягкий бархатный голос, которого я раньше никогда не слышала.
- Я вас не знаю, - рассеянно глядя на открытую половину его лица, сказала я, пытаясь узнать его. – Нет, вы меня с кем-то перепутали.
Мужчина хотел что-то сказать, но тут я услышала, как меня позвал голос брата. Я оглянулась, и увидела, как он идет ко мне в шикарном гусарском костюме.
- Поговорим потом, - сказал незнакомец и зашагал прочь.
- Толя! – радостно помахала я рукой и встала со скамейки, тут же забыв об этом странном Призраке.
- Ух ты! Лида! Это ты? – восхищенно спросил Толик, взяв меня за руку и оценивающе посмотрев. – Ну надо же! Шикарно выглядишь!
То же самое я могу сказать и о Толике. Его волосы были по-пижонски зализаны, что ему очень шло. На лице была маска. Он протянул мне мою маску-бабочку на палочке (я забыла, как ее правильно называют), усыпанную блестящим стеклярусом, изображающем бриллианты.
Я взяла Толю под руку, и мы направились в замок.
В замке все было выполнено так же в старинном стиле, во всем был шик. Было две комнаты – одна как бальный зал, другая как уютный роскошный ресторан.
Я была в восторге и каком-то волнении от увиденного. Дизайнеры клуба постарались на славу. Все было продуманно до мелочей. Даже музыка. Небольшой оркестр играл приятную, ритмичную, современную музыку, стилизованную под старинную.
В бальном зале Толя встретил клиента своей фирмы и хозяина этого клуба – пузатого дядьку лет пятидесяти, одетого в бархатный бордовый сюртук и с моноклем в глазу, - и представил его.
- Очень польщен, Лидия, - приятно улыбнулся Антон Викторович, целуя мне руку. – Вас не узнать в этом роскошном наряде.
Наверное, мы виделись однажды на работе, но я не запомнила тогда его. А сейчас было неловко узнавать, когда мы раньше встречались.
Я скромно улыбнулась, стерпев поцелуй руки. Точнее, это был даже не поцелуй, а просто касание губами до запястья. Я едва сдержала смех, так как мне это казалось дико смешным тогда.
Мужчины стояли и о чем-то беседовали, и я, пользуясь случаем, под благовидным предлогом вышла из здания, чтобы погулять по саду до начала представления или что там нам обещали.
Территория у сада была огромная, но я не боялась гулять, так как знала, что кругом охрана и я в безопасности, и никто не посмеет меня похитить.
Сад был тоже очень красивым. Ухоженные деревца, выложенные камнем гладкие дорожки, по которым можно было ходить, не боясь сломать каблуки. Кругом все было освещено мягким приятным светом.
Минут пятнадцать я бродила по саду, любуясь его красотами, и размышляя над тем, как же тут все-таки здорово.
А потом я устала, села на скамеечку и достала сигарету, так как в прошлый раз я не успела покурить. Но и в этот раз, стоило мне прикурить, как опять услышала позади себя деликатное покашливание. Я оглянулась и опять увидела Призрака.
- Разрешите мне присесть рядом с вами?
Я ничего против не имела. Призрак сел рядом. Я выбросила сигарету и внимательно посмотрела в его лицо. Без маски он, наверное, очень красивый.
- Как вас зовут? – спросила я.
Призрак усмехнулся.
- Это важно?
Странно, но мне было почему-то все равно.
- Буду звать вас Призрак. У вас маска подходящая, - улыбнулась я. – Тогда меня можете звать... как звали возлюбленную Призрака?
- Кристина Даае, - подсказал Призрак. – Но я знаю твое настоящее имя, Лидия.
- Откуда?
- Не важно, - едва заметно улыбнулся Призрак. И это почему-то действительно меня перестало волновать.
У меня зазвонил мобильник.
- Одну минуту, - сказала я, доставая мобильник. – Алло? Что, уже? Все, иду!
Я положила телефон обратно в сумочку и посмотрела на Призрака.
- Уже начинается представление. Надо идти.
- Постой, - сказал он и прикоснулся к моему лицу, провел кончиками пальцев по губам, а затем поцеловал.
И во время этого поцелуя я почувствовала, что влюбилась. Мое сердце чаще забилось, я обняла его, и мне стало все равно, что я его знаю только несколько минут и даже настоящего имени не знаю.
Наверное это очень красиво: девушка в роскошном нежно-голубом бальном платье и мужчина в костюме Призрака Оперы.
- Что ты делаешь? Нельзя! Нельзя! – вдруг раздался тревожный шепот над моим ухом. Я оглянулась, но никого не увидела.
Призрак, похоже, не слышал, что кто-то мне только что запретил с ним целоваться. Его губы осыпали поцелуями мою грудь, плечи, шею...
Я отстранилась от него.
- Прости, мне надо идти. Меня брат ждет.
Затем встала, поправила прическу и направилась в сторону замка, не глядя на Призрака.
Однако шагов через пять оглянулась, но на скамейке уже никого не было. Куда успел деться? Я посмотрела на время и быстро побежала в замок.
Был роскошный банкет, великолепная шоу-программа, потрясающий бал. Сливки всего общества были вокруг меня и парни восхищались моей красотой. Но я без особого энтузиазма принимала их комплименты, так как все мои мысли были заняты таинственным Призраком.
Брат пригласил меня на танец, так как я отвергала всех кавалеров, а он так и не решился пригласить какую-нибудь девушку, и я танцевала с ним, выискивая глазами в толпе моего Призрака. Но его нигде не было.
Потом было еще много интересных программ, выступлений и так далее. Меня это уже мало волновало.
Бал-маскарад подходил к концу. Вскоре все должны будут снять свои маски. И я увижу лицо моего Призрака.
И он действительно появился. И снял свою маску. В отличие от настоящего Призрака Оперы, у моего Призрака не было того уродливого шрама на пол-лица. Идеальное лицо с холодными серыми глазами. Он улыбнулся мне и ушел из залы. Я побежала догонять его, но он уже исчез. Часы пробили три часа ночи.
Я в расстроенных чувствах поехала домой. Брат, кстати, в этот раз был не на джипе, а на вольцвагене.
- Лида, ты чего хмурая, как будто потеряла что-то ценное? – спросил он, когда мы уже подъезжали к дому. – Тебе не понравилось?
- Все понравилось, - мрачно ответила я. – Просто я познакомилась с одним парнем, а он словно тень, все время ускользал...
Не знаю, почему многие девчонки боятся рассказывать о своих чувствах. Лично я в этом не вижу ничего постыдного. Я честно рассказала Толе, что встретила парня, которого полюбила с первого взгляда, упустив лишь ту деталь, что поцеловалась с ним на первых же минутах знакомства.
- Странно, - пожал плечами брат. – Я не помню никакого парня, когда подходил к тебе.
- Память у тебя дырявая! – обиделась я. – Как можно не заметить такого красавца!
- А сколько хоть лет твоему принцу?
- Лет двадцать пять-двадцать семь... Не больше.
- Не больше?! А он не староват для тебя?
- Толя, тебе двадцать шесть! – возмутилась я. – Ты же не старый! А он почему вдруг состарился?
- Я твой брат, – парировал Толик. – А не бой-френд. Это разные вещи.
- Для меня никакой. Сам не считаешь зазорным переспать с девушкой даже младше меня!
- Хорошо, ладно, успокойся, - начал уговаривать меня брат, видя, что я обиделась. – Те девчонки не моя единственная сестренка, за которую я любому голову откручу.
Я заулыбалась. Толя всегда такой милый со мной!
Мама рассказывала, что когда меня только привезли из роддома и положили в кроватку, Толя смотрел на меня минут десять, не отрываясь, а затем повернулся к родителям и так серьезно сказал: «Женюсь!».
Ну, жениться-то он на мне не женился, а вот всю жизнь любил и опекал меня как свою маленькую сестренку. Мама рассказывала, что даже в детстве он не садюжничал надо мной, как обычно это делают старшие братья. Ну, разные там запугивания, щепки, толчки, доведение до слез, - не было этого. Но его особо и не заставляли нянчить меня...
Семья Толика и моя семья жили вместе до 95-го года, а потом мои родители разбогатели и купили в другом городе доим, где мы до сих пор живем. Позже Толик приехал к нам учиться, и так и остался жить в этом городе. Открыл свой бизнес, сделал карьеру... Только вот с девушками ему катастрофически не везло: любая, к которой он проявлял хоть малейший интерес, оказывалась просто стервой, заинтересованной лишь только его состоянием.
И это странно, потому что мой брат вовсе не урод зачуханный, а очень даже симпатичный. Говорю это даже не как сестра, а как девушка.
Это в двух словах.

Засыпая этой ночью, я думала о моем Призраке, размышляя, встречу ли я его когда-нибудь еще, или нет...
Оказалось, что ждать встречи с ним мне было не так уж и долго, этой же ночью. Но об этом в следующий раз.
Leave a comment
Я до сих пор не могу понять, какую из жизней прожила. В смысле, я понимаю, что я поступила в колледж, но я прекрасно помню и другой вариант моей жизни, где я позорно провалила вступительные экзамены.
Заинтриговала? Тогда читайте далее мою историю.
Мне никогда учеба легко не давалась. Если бы не мои родители, делавшие щедрые подарки учителям, в моем аттестате все оценки были бы тройками. Мои, твердые, уверенные, жирные тройки. Но родители всегда хотели от меня большего, чем троек в аттестате. Они мне купили аттестат без единой тройки, хотя я их об этом не просила.
Я хотела поступать в колледж дизайна и моды, но родители запретили мне это, сказав, что мне надо попробовать поступить для начала в академию, чтобы я получила какую-то мудреную профессию, которая откроет мне в будущем невиданные перспективы.
Я поступила. Без проблем. Мои ненормальные богатенькие родители, страдающие манией величия (но ничего не подумайте, я их очень люблю!), щедро одарили приемную комиссию роскошными подношениями, и комиссия сама за меня сдала экзамены.
Но это была медвежья услуга. Как оказалось, все преподы узнали каким это я способом поступила, и решили использовать моих родителей как дойных коров. Меня постоянно заваливали на контрольных, а родители платили деньги за пересдачу, называя меня тупой и никчемной. Когда я напомнила родителям, что это они меня запихнули в эту чертову академию, они начали на меня кричать, называя неблагодарной дочерью.
Если бы я поступила на платное, то меньше бы платила, чем тогда, когда училась на бесплатном.
И в нашей группе подобрались все как на подбор: заумные скучные снобы, которые считали себя выше всех, и из-за того, что я была не такой всезнайкой как они, считали, что со мной лучше не общаться.
Своих старых друзей я видела теперь редко, так как учеба и зубрежка занимали все мое время. Я потихоньку сходила с ума.
В общем, я быстро поняла, что если и дальше буду слушать родаков, моя жизнь превратится в ад. Мне было жалко маму и папу, но я поговорила со своим двоюродным братом Толей, и решила, что пока не поздно, надо бросать это самоистязание.
Я бросила академию еще до первой сессии. После этого случая у меня с родителями произошла серьезная ссора, и я переехала на квартиру к Толику.
- Возвращайся только когда одумаешься! - гневно кричал мне вслед папа, когда я, упаковав чемоданы, выходила из дома. Но я уже твердо решила. Всю мою жизнь родители диктовали свои условия.
Я понимаю, они это делали из любви, но уж слишком их любовь была слепой. Надо учить. И Я к ним вернусь, когда Они одумаются. А не наоборот.
Братишка понимал меня прекрасно, и с радостью принял в свою огромную холостяцкую четырехкомнатную квартиру с крошечной кухней. Не то чтобы он не любил своих дядю и тетю, но он им и сам говорил не раз, что они сильно подавляли меня и опекали.
После того как он согласился приютить меня у себя дома, родители поссорились и с ним. Но я своего братишку с этих пор обожаю. Он настоящий друг.
В общем, Толя устроил меня в свой офис секретаршей, чтобы я перестала финансово зависеть от родителей.
Весною я попыталась поступить в мой колледж, но провалила экзамен по истории. Причем так обидно вышло.
Вы знаете закон подлости? Так вот. Закон подлости гласит, что можешь выучить все, кроме одной темы, и тебе эта тема и достанется.
Так и случилось. Я с треском провалила экзамен. Причем предмет не профилирующий, но в этом колледже огромный конкурс. Даже среди платников был конкурс.
Я провела весь день в слезах и истерике и напилась вместе с братом и друзьями в хлам. Я прекрасно помню это.
Но, как я раньше говорила, у меня два воспоминания. Второе более оптимистичное. И оно появилось сразу после того как я нашла часы. Я прекрасно знаю, что ничего такого до часов не помнила.

После похода, в котором я нашла часы, мы с братом поздно вечером приехали домой. Уставшие, но очень довольные. Я на скорую руку приготовила кашу, мы поужинали и легли спать.
Буквально через мгновение после того как брат пожелал мне спокойной ночи, я услышала за стеной его раскатистый храп.
А я, несмотря на то, что тоже устала, не могла заснуть. Я слушала тиканье часов, что висели у меня на шее, и вспоминала, как провалила последний экзамен. Возможно, мне бы дали шанс пересдать его, но преподаватели нашли за моей партой чьи-то шпаргалки как раз на тему, которую сдавала я.
Как я ни клялась, ни божилась, что это не мое, мне поставили двояк, перед этим задав пару вопросов по теме билета. Это сейчас я знаю все о восстании декабристов. Но тогда...
Тогда я... ничего не знала... да... ничего... Но сейчас бы пересдала... пересдала... им всем бы показала, как надо сдавать... хррр...

- Лида! Лидка, вставай! – я проснулась из-за того, что Толик тряс меня как погремушку. – Лида, на экзамен опоздаешь!
- А? Что?! – я открыла глаза. На меня смотрело голубоглазое лицо брата. – Ты что, постригся и опять бороду отрастил? Когда успел?
Я бросила взгляд на мобильник. Было только полседьмого утра. Странно, парикмахерские в такое время не работают... Но не сам же Толя постриг себя! Только вчера он имел довольно заросшую шевелюру и не имел бородки.
- Лид, ты что, не проснулась? – спросил брат, перестав меня трясти. – Давай просыпайся, я пойду пока приготовлю завтрак.
Я села, продирая глаза. Что же случилось? И почему за окном довольно темно, хотя обычно в это время светло?
Все еще ничего не соображая я вышла из комнаты. В нос тут же ударил резкий запах подгорелого. Я забежала на кухню, и увидела, как Толя с матами достает из тостера дымящиеся угольки...
Дежавю. Такое уже было. Сто пудов было! Когда я провалила экзамен по истории!
- Это твой завтрак, - сказал Толя, выкидывая угольки в мусорное ведро.
- Вкусный, наверное, - закончила я за него мысль.
- Ты мои мысли читаешь! – удивленно воскликнул брат.
- У меня дежавю, - сказала я. – Кстати, яйца жарь на пятерке, а то тоже сожжешь...
Я пошла в туалет, лихорадочно соображая, что такое произошло. Этот день уже был! Я посмотрела дату в мобильнике. Седьмое апреля две тысячи третьего года. День, когда я провалила экзамен.
Блин, неужели я видела просто сон? Как бы там ни было, я решила, что сон был вещий.
Я приняла душ, позавтракала в этот раз не пригоревшими яйцами, выпила кофе. Оделась. В теплую шубу... Ужас! Казалось, что только вчера было лето и меня покусали пиявки!
Брат подвез меня до колледжа. Он включал то же радио, я слушала ту же музыку и те же новости.
Было довольно дико после лета ступать по снегу. Я прекрасно помнила место, где поскользнулась и позорно упала, и обошла его. В этот раз на этом месте упал какой-то высокий парень.
Я стояла у кабинета и опять познакомилась с Верой. То есть я просто познакомилась с Верой. Как и в прошлый раз я первая заговорила с ней.
Вера была такая же растерянная, но в этот раз мне было легче ее разговорить, потому что я ее уже знала. В голове проносились мысли, было ли раннее знакомство с ней, или же это просто дежавю. На всякий случай я посоветовала Вере получше учить эпоху Петра Первого, так как прекрасно помнила, что в прошлый раз... то есть... ну, вы меня поняли... в общем, ей задавали дополнительные вопросы по Петру Первому.
Как и ранее я с Верой зашли вторым потоком на экзамен.
Я вытянула четвертый слева билет как и в прошлый раз. И мне опять досталось восстание декабристов.
В этот раз я категорически отказалась садиться за парту, пока преподы ее не осмотрят на наличие шпаргалок. Они осмотрели парту и нашли приклеенную к столешнице книжечку-шпаргалку.
Я была здорово потрясена этим. Неужели я и правда пророк? Я села, быстро накатала ответ и с триумфом сдала экзамен. На твердую пятерку!
Вера, кстати, тоже ответила на дополнительные вопросы и получила в этот раз четыре балла, а не три с половиной.
Боже, я с Веркой домой летели как на крыльях!
Позже мы устроили грандиозную пьянку, в один день стали закадычными подругами.
И не было никаких слез из-за проваленного экзамена. Были радостные возгласы и обильные возлияния за то, что я уже в апреле поступила в колледж.
И родители в этот раз звонили и сдержанно поздравили меня с поступлением. Я им что-то говорила, но слишком много было принято алкоголя, и в голове стояло тиканье, которое звучало все громче и громче...
Не знаю, как я провалилась в сон.
Далее несколько месяцев прошли как в тумане, словно грезы... Но в целом сон повторялся с моей реальной жизнью, которую я уже проживала. Только вот с родителями в этот раз отношения стали более терпимыми.
Я проснулась из-за того, что мобильник настойчиво информировал, что пора вставать. Я автоматически протянула руку и взяла телефон посмотреть дату и время. 17 августа 2003 года. Сон тут же как рукой сняло.
Я села на кровати. Часы нежно скользнули по спине, и я вздрогнула. И вспомнила сон. Такой реальный! Такой настоящий!
Но рассуждать некогда. Один из постоянных клиентов нашей фирмы пригласил моего брата на бал-маскарад, проходивший в его клубе в честь дня рождения этого клуба. И я с Толиком пойду на правах его сестры и в качестве сопровождающей.
Времени было еще много: маскарад начнется только в 10 вечера, но до этого времени надо как следует подготовиться и забрать из ателье костюмы.
Я встала, направилась в душ. Позже приготовила завтрак, так как брат это доверял только мне.
Мы завтракали, глядя в телевизор, и он нас просто гипнотизировал. Думаю, если в это мгновение нас бы заснять на видео, мы бы сидели неподвижно, словно в матрице. Не знаю почему, но телевизор меня и брата просто завораживает. Как выражается моя мама, телевизор высасывает мозг.
- Толь, - когда по телевизору началась реклама, и мы на мгновение вышли из оцепенения, сказала я.
- Что?
- Я сон видела.
- Да? И про что он? – автоматически поинтересовался брат, запихивая в рот яичницу.
- Будто бы, - я вздохнула, - я сдала экзамен и поступила в колледж... Черт, ну как я могла в тот раз так облажаться?! Чья-то гребаная шпора мне всю жизнь испортила!
И вместо теплой улыбки и успокоительного «Лида, не парься», брат посмотрел на меня как на полоумную.
- Лида, ты в порядке?
- В полном, - сказала я, печально глядя на заколотое вилкой яйцо и вытекающий из него желток в своей тарелке. – А что?
- Ты не проснулась что ли? Ты же поступила в колледж!..
Теперь я смотрела на брата, как на полоумного.
- Я?! Но я же провалила! – очень серьезно и убежденно сказала я, в шоке глядя на брата.
Видимо я выглядела настолько потрясенной, что брат не на шутку заволновался.
- Блин, ты что, колешься? Ну-ка, покажи мне руки!
- Толя! – возмутилась я, протягивая руки. – Дурак что ли?! Сам ты колешься!
Брат мрачно усмехнулся, осматривая мои руки.
- Вроде не колешься, - отпуская мои конечности, заключил он. - Лида, ты поступила в колледж. Причем экзамен по истории сдала на отлично. Ты не проснулась что ли?
- Правда поступила? – очень тихо спросила я у самой себя и заулыбалась. – Значит это был не сон!
Толя рассмеялся, видимо решив, что я просто неудачно пошутила.
И в этот момент реклама закончилась и мы вновь впали в транс.
Leave a comment
Как я уже рассказывала, я нашла часы. Или они меня нашли, точно не уверена.
Это сейчас знаю, что именно они явились причиной всех моих приключений. Но тогда ведь мне это было невдомек.
Я сразу же побежала будить своих друзей, но все они очень крепко спали. То ли оттого что приняли на грудь нехило, то ли еще от чего. Мне было тогда не до разбора.
Я залезла в палатку к парням и достала фонарь, чтобы получше рассмотреть часы.
Часы были на удивление легкими, сделанные из какого-то золотисто-рыжего металла, внутри был циферблат из римских цифр. И еще маленький циферблат с секундной стрелкой, только эта стрелка почему-то стояла на месте.
Мне почему-то показалось тогда, что это бешено дорогие часы (еще бы! Они же из космоса!), и их надо бы получше уберечь.
Карман мог оказаться дырявым, и часы могли просто выпасть из него и затеряться, разумно рассудила я.
Цепочка на часах подсказала мне, что их можно надеть на шею вместо кулона. Что я и сделала.
Стоило мне их надеть, как я ощутила легкое содрогание воздуха. Но это был лишь ветер.
Казалось бы, после такой находки я не должна была засыпать, во все глаза пялясь на космические часы. Но меня потянуло в непреодолимую дрёму. Я не стала сопротивляться.
Забравшись в палатку к девчонкам и найдя свой спальный мешок, я мигом уснула. Не мешал даже хор комаров, который обычно был помехой к моему переходу в мир грез.
Проснулась я, оттого что захотелось, извините за интимную подробность, в туалет. Я выползла из палатки, держа в руках рулон туалетной бумаги и фонарик.
На горизонте уже брезжил рассвет, но было еще сумеречно.
Я направилась в сторону леса, ибо только там можно спокойно уединиться в густой листве пушистых кустов. Хотя не факт. Комары радостно набросились на мою пятую точку, стоило ее оголить.
- Чертовы комары! – воскликнула я, и вдруг увидела чей-то силуэт в плаще, стоявший неподалеку от меня. Я мигом натянула штаны, наверное даже с несколькими пирующими комарами. – Это кто? – тихо поинтересовалась я.
Силуэт обернулся и как-то слишком ровно направился ко мне, вытянув руку.
Я, естественно, перепугалась, и кинулась бежать, оря во все горло. Буквально за пару минут я добежала до нашего лагеря, хотя до заветных кустов было идти минут пятнадцать.
- Парни, Серега, Толик, Дэн! Вставайте! – я слету их начала будить. Очнулся только мой двоюродный брат Толик.
- Ты чего орешь? – нетрезво спросил он, распахнув один сонный пьяный глаз.
- Толя, там какой-то маньяк! – дрожа словно в лихорадке, срывающимся голосом поведала я. – Я в туалет пошла, и тут тело в плаще. Оно направилось на меня и я удрала!
- Что за маньяк? – брат мигом протрезвел и принял вертикальное положение. Увидев мое бледное перепуганное лицо, он мгновенно достал из-под подушки пистолет и выскочил на улицу, видимо, чтобы расстрелять маньяка.
Уже было довольно светло, брат осмотрелся по сторонам и направился к нашему джипу, проверить сохранность машины. Все было в порядке.
Позже Толя разбудил остальных ребят и они, превозмогая головную боль, отправились прочесывать лес в поисках маньяка. Однако в ближайших окрестностях никого не было.
Все тогда решили, что мне показалось. Белая горячка, так сказать. Похмельный бред. Но я-то знаю, что это была правда!
Кстати, далее тоже было несколько странных моментов в этот день.
- Лид, еще раз поведай, кто не дал тебе посрать? – едко поинтересовалась Алена. Я не обижалась за ее грубоватую манеру общаться, так как она суперская девчонка, но ее сарказм меня несколько покоробил.
- Говорю тебе, не знаю! – рассерженно воскликнула я, расплескивая пиво. – Но это правда было!
Было часов десять. Мы сидели и завтракали. Пиво, жаренные на костре яйца; в золе запекалась картошка, и открытые консервы «завтрак туриста». Парни обещали позже поймать кабана (что, естественно, было только обещанием, потому что в этом лесу кабанов не водилось).
- Ну ты бы его хоть сфотографировала, - дружелюбно посоветовала Вера. – А то сложно поверить.
- Да ладно вам, - встрял в разговор Дэн. – А вдруг и правда кто-то был. В любом случае в следующий раз буди кого-нибудь, чтобы действительно какой-нибудь маньяк не напал.
Я ребятам показала часы, умолчав, однако, каким образом их нашла, но никто к часам интерес не проявил. Даже Серега – ценитель таких вещей, сказал, что это очень красивый кулон, и он рад, что я их нашла, так как мне он очень к лицу.
Позже мы пошли купаться в расположенное неподалеку озеро. Я пыталась снять часы, однако цепочка никак не желала расстегиваться. А через голову снять было невозможно, так как цепочка была слишком короткой. Оставалось надеяться, что часы водонепроницаемые.
Серега и Дэн тут же переключились на своих подружек, попросту сплетясь с ними в тесных объятьях, а я с Толиком им завидовали, так как ни Толик, ни я не имели на тот момент пары.
Однако мы решили не париться, накачали матрас, надели ласты и маски для подводного плаванья, и поплыли на середину озера, где весело бесились, скидывая друг друга с матраса, топя, хватая друг друга за ноги и утаскивая под воду, и так далее.
Вскоре к нам подплыли Дэн и Вера и присоединились к нашей веселой игре; Серега и Алена удалились зачем-то в палатку. Эх...
Сначала мы просто бесились, беспорядочно топя друг друга и сбрасывая с матраса (особенно старалась я), но вдруг все словно по команде набросились на меня и начали дружно защекочевать и сгонять с матраса, с которого я никак не желала сгоняться.
Дико хохоча и наглотавшись воды, я начала спасаться бегством от моих истязателей. Я в прямом смысле едва не бежала по воде, спасаясь от друзей, ибо сильно боялась щекотки, а друзья мои были беспощадны.
Они с радостными воплями догоняли меня.
Я, чтобы сбить их со следу, нырнула под воду и, перекувыркнувшись, проплыла под ними. Не знаю, как у меня хватило кислородного запаса, но вынырнула я только у камышей. Каково было мое изумление, когда я увидела, что в камышах сидит какой-то человек. Я тихонько раздвинула их, и увидела девушку с белой кожей, длинными зеленоватыми волосами, абсолютно нагую.
- Ептыть! Русалка! – воскликнула я. Девушка тут же испуганно взвизгнула и нырнула в воду, скрывшись в ней.
Я дико завопила и с бешеной скоростью поплыла к берегу, ибо слышала, что тот, кто увидит русалку, будет ей утоплен. Она наверняка нырнула в воду, чтобы утопить меня.
- ААА!!! ЛИДКА! – услышала я злорадные голоса мстительного трио, но мне уже было все равно. Я выбежала из воды. И тут опять заорала. Оказывается, в камышах к моей ноге присосалось несколько пиявок.
После этого случая я больше в воду не залезала, предпочитая загорать на берегу. А вместе со мной и мои подруги. Парням было все равно, они продолжали беситься и часто просто чтобы нас раздразнить, обливали нас озерной водой. А иногда выдавали обычные ракушки за пиявок.
- Девчонки! Я пиявку поймал! – обычно радостно вопил кто-то из парней, держа в руках черную раковину и радостно бежав к нам. Мы визжали как ненормальные и удирали от парней, обзывая их придурками.
В общем, есть что вспомнить.
После мы ели шашлыки и пойманную парнями рыбу. Ходили собирать грибы. Пили пиво, пели под гитару и слушали Prodigy.
Это был великолепный отдых.
Вечером я предусмотрительно отправилась с девчонками в туалет, а ночью не покидала палатку. Кроме того к нам завалились парни и мы опять всю ночь проболтали. Позже девчонки со своими парнями опять уединились в палатках, а Толик и я легли спать в джипе.
Утром после завтрака мы собрали вещи, мусор весь убрали в мешки, чтобы довезти до города и там выкинуть, чтобы в следующий раз не натыкаться на него, когда приедем опять.
И поехали домой.
Я решила не вспоминать о маньяке и русалке, так как не очень хочется сознавать себя психом.
Но моя одержимость распространилась не только на поход... Более того – в городе начались еще большие приключения.
Моя жизнь перевернулась с ног на голову!
1 comment or Leave a comment
Я Лида... по крайней мере это одно из моих имен. По паспорту мне 21 год. Но реально мне гораздо больше.
Вы спросите в каком смысле? Отвечаю.
Три года назад я с друзьями отправилась в поход с ночевкой. Мы остановились в поле, неподалеку от лесочка и озера. Небо было звездным, и я, вместо того, чтобы дрыхнуть, как мои пьяные товарищи (ибо я не напивалась как они), сидела и считала звезды.
Была середина августа - время звездопадов, и я загадывала разные желания.
Все было так обычно. До тех пор пока один метеор не пронесся над моей головой и не рухнул в траву.
Я сразу же кинулась разглядывать этот космический камень, я была в шоке и каком-то диком восторге одновременно. Не каждый же день удается увидеть такое!
Но вместо оплавленного камня, прилетевшего из глубин космоса я обнаружила часы. Обычные карманные часы с откидной крышкой и золотой цепочкой. От полета они были настолько горячими, что к ним невозможно было прикоснуться. Но в неожиданно насупившей тишине я слышала едва слышное тиканье!
Мне казалось это диким, я бы сама не поверила, если бы не увидела своими глазами. Точнее не услышала своими ушами.
Первой моей мыслью было разбудить друзей и показать им это чудо, но стоило мне отойти от часов как тиканье усилилось. Причем у меня появилось непреодолимое желание вернуться к ним.
Видать, решила я тогда, я сошла с ума. Но к часам вернулась. Страха они у меня не вызывали, только любопытство.
Я протянула руку и прикоснулась к часам. Они на удивление быстро остыли: были еще теплыми, но я спокойно их взяла в руки. И положила в карман.
Знала бы я, насколько после этого изменится моя жизнь!..
Leave a comment